И пока Джон, скрипя зубами, строил наполеоновские планы, уже одетая француженка уселась в кресло-мешок, которое было недалеко от плазмы. Самой вейле это все тоже в новинку, но показывать она это не собирается. А вообще она была в легкой панике. Не каждый день ты начинаешь встречаться с парнем, а потом, когда дело доходит до самого интересного, появляются его родители.
Гарри же просто уселся на пол, спиной к плазме.
Возникло неловкое молчание, потому что никто не представлял себе, а что, собственно, дальше делать.
***
Дамблдор, слава его бороде, дал выходной для того, чтобы Поттер отошел от попойки в комнате, которую обустроил. Ну, Гарри так и сделал. С утра оформил комнату как из журнала, который он честно спиздил из одного из миров. Как и кучу костюмов троек, благо в его рунный карман и не такое влезет. Вторую часть дня волшебник решил потратить более… приятно. И пригласил к себе Делакур. Ну, потому что во-первых, надо разобраться че по чем. А во-вторых, в таких хоромах, которые он зафигачил, грех спать одному.
Все началось не очень удачно. Флер-то, конечно, пришла, но после она просто уселась с кофе. Да, опять, сука, кофе с этой ебучей гущей. И уткнулась туда, все больше краснея каждую минуту. На трезвую и не с похмелья голову это выглядело очень мило. Настолько, что Гарри не заметил, как смотрел в упор на блондинку около пяти минут, пока вейла все краснела и краснела. И, увидев, что лицо девушки напоминает помидор, парень поспешил начать диалог ни о чем.
Постепенно девушка успокоилась, и дальше разговор пошел. И они теперь официально были парочкой. А там после кофе пошло вино, после вина — бутылочка виски, потому что все-таки усиленную регенерацию никто не отменял. А после дело уже шло к постели и очень хорошей ночке, как в дверь постучали.
Сначала Гарри хотел просто не открывать.
После еще нескольких настойчивых стуков, парень, напялив джинсы, пошел посылать гостей нахуй, но наткнулся на местных Поттеров и Ко.
«Блять, господь бог, похуй, что тебя нету, почему именно сейчас? Вот, блять, не завтра, не послезавтра, а именно, сука, сейчас. Ну, пиздец», — про себя матерился волшебник.
— Ох, бл… ин. Подождите одну минуту, вы не очень своевермино… своеврмтно, тьфу, бля, — тут Гарри наложил на себя заклинание антипохмельного, которое сняло опьянение, — своевременно пришли. Сейчас.
И нахуй захлопнул дверь.
— Флер, там мои здешние родители, блять, — оповестил парень и, сходу видя бледнеющее лицо ведьмы, продолжил, — можешь не волноваться, мне насрать с высокой горки на их мнение про нас.
Увидев, как Делакур облегченно перевела дыхание, Поттер перешел к следующей проблеме. Гостиная немного нахуй разгромлена волшебником, который активно нес девушку на кровать и случайно сломал все на своем пути. Так сказать, в запале, че.
Ну, тут обошлось в пару взмахов рук.
Дальше, накинув рубашку и убедившись, что француженка тоже оделась, он пошел открывать врата.
Отметив что-то совсем недоброе, что мелькнуло в глазах местного героя при взгляде на Флёр, которой Гарри, конечно, заблаговременно заблокировал ауру, парень решил начал диалог.
— Ну, собственно, я вас внимательно слушаю, — сказал он. Ну, а хуле? Как умеет, так и начинает.
— Это же бутылка из-под блэковского вина… коллекционного! Ей лет четыреста, — неожиданно воскликнул Сириус, увидев стоящую около кресла бутылку.
— Ну да, — спокойно ответил парень, — в моем мире ты, как и Беллатриса, умерли и в наследниках остались мы с Тонкс. Много чего мы вместе и выхлебали прямо там. Кое-что я честно взял с собой, чтобы было что пить, когда Дамблдор очередной раз нажрется своим пойлом.
— Так ты все-таки из другого мира? И почему ты так неуважительно говоришь о директоре Дамблдоре? — спросила Лили.
— Хах, да, из другого. А как еще разговаривать со стариком? Он же еба… э-э-э, ну, в смысле, странный. Короче, не лезьте в это дерьмо — оно вас сожрет. Он для меня ебанутый де… ой, блять, матернулся. Сука, опять. Да, блять, какого хуя… я заебался. Ситуация стрессовая, я в такие моменты матерюсь постоянно, поэтому не ебите мозг. Так вот, он для меня ебанутый дед, я для него ебанутый внук. Все. И вообще, давайте сходу определимся. Вы, Джеймс и Лили Поттеры, для меня, ну, максимум дальние родственники. Ты, Джеймс, скорее всего берешь взятки и иногда ходишь налево. Ты, Лили, тоже скорее всего изменяешь мужу и мне похуй так это или нет. Суть в том, что вы не идеальны. А мои погибшие родители — да. Считайте это каким-то синдромом сиротки или что-то в таком духе. Надеюсь, мы поняли друг друга, — быстро проговорил Гарри, ни на кого конкретно несмотря. Это все еще было довольно трудно для него.
— Гарри, — терпеливо произнес мужчина, которому в силу своей работы часто приходилось общаться с абсолютно разными людьми, и он мог довольно удачно понимать характеры, — мы это понимаем. Но тем не менее нам всем хотелось бы с тобой познакомиться.
— Excuse moi*, ‘Арри, я тут вспомнила, что мадам Максим просила зайти меня, поэтому увидимся… alors**, — прощебетала француженка, поняв, что тут запахло семейными разборками.
