– Тебе показалось, – все с тем же безучастием ответила Сильвер. – Если Софи выполняет чью-то просьбу, значит, так нужно самой Софи. Значит, она увидела в этом смысл. Софи ничего не делает просто так. Например, вести уроки родового этикета в этом году она согласилась не потому, что ей нравится преподавать. Это лишь значит, что она видит в своем поступке позитивные перспективы для Ронстада. О-о-очень далекие перспективы… Но хватит о Софи. – Сильвер отошла от меня на шаг, быстрым движением стянула с рук перчатки и отбросила их в сторону. – Что ты знаешь об искусстве призыва?
Я тоже шагнул назад, подальше от своего непредсказуемого тренера.
Но перед внутренним взором почему-то предстала Джозефин Ордо и та сцена, когда я зажимал девушке рот, чтобы не позволить вызвать к бою Шепот, а беспомощная и разъяренная Джо билась в моих объятиях.
Ну а потом в памяти всплыла Гарпия Кай, ее седые мерцающие волосы и шелестящий голос, от которого не было спасения.
– Мастера по призыву вызывают Шепот, – ответил я. Задумался на секунду и добавил: – Еще в их арсенале есть Мертвый сон… или что-то такое…
Черт меня дернул об этом упомянуть, но мне до сих пор было любопытно, как девушка из «Красного капкана» умертвила парня на глазах у публики, а потом явилась ему во сне.
– Мертвый сон? – сощурилась Сильвер, ее глаза опасно блеснули. – Хочешь его увидеть?
Хочу или не хочу, ответить я не успел. Сильвер вытянула руку в мою сторону, раскрыла ладонь, и тут же сжала ее в кулак. Свет померк до полумрака, а что случилось дальше, я не совсем понял.
Точнее, совсем не понял…
Все поглотила тотальная тишина, и странное возникло ощущение, чувство нереальности происходящего. Сильвер раздвоилась в моих глазах. Одна из женщин замерла в прежней позе, с вытянутой рукой, а вторая отступила в сторону.
Я смотрел на нее сквозь поднимающееся марево, а вокруг россыпью прозрачных бисерин летала влага, взвешенная в плотном воздухе.
Сильвер указала пальцем куда-то мимо меня, на пол. Я обернулся, причем хотел сделать это быстро, но вышло настолько медленно, будто пространство превратилось в тягучий кисель. Я с трудом преодолел его сопротивление и увидел самого себя, лежащего на татами без сознания.
Или мертвым…
Потом снова повернулся к Сильвер, к той, второй Сильвер, глазами спрашивая у нее, в чем дело. Произнести это вслух у меня почему-то не вышло. Судя по всему, она тоже не могла говорить, поэтому использовала жест: поднесла руку к собственному горлу и черкнула по нему большим пальцем, а потом опять указала на пол.
«Ты мертв, Рэй», – однозначно говорила она.
От неверия я нахмурился.
И пока я хмурился, косясь на свое бездыханное тело (признаюсь, жутко было видеть себя мертвым), Сильвер подошла ко мне и взяла за руку. Потянула за собой по кругу ринга, мягко, по-кошачьи, ступая босыми ногами. Взмахнула рукой, и бисерины влаги отлетели выше, закружились над головами в серебристом вихре.
Мы обернулись на самих себя.
Первая Сильвер продолжала стоять истуканом, вытянув руку перед собой, а я так и лежал мертвым на полу.
Пройдя по кругу, директор подвела меня к моему телу и отпустила руку, а потом с чудовищной силой толкнула в грудь. Я завалился на спину, на пару секунд зажмурился от удара и тут же открыл глаза. Россыпи бисерин в воздухе исчезли, да и сам воздух потерял ту плотность, из-за которой собственные движения казались медленными и тяжеловесными.
Сверху вниз на меня смотрела Сильвер (и теперь она не двоилась).
– Это был Мертвый сон, – сообщила она как ни в чем не бывало. – Ты пролежал покойником порядка трех секунд… – Увидев, что я недоверчиво прищурился, она добавила: – Не веришь? Тебе показалось, что дольше? Это потому что в Мертвом сне время идет в сто раз быстрее. Я не преувеличиваю. Ровно в сто раз. Но в любом случае дольше, чем на три минуты в реальности, человека лучше не умертвлять. В Мертвом сне за это время проходит пять часов. Этот прием не используется для боя, потому что и самого мастера по призыву делает уязвимым. Зато некоторые адепты используют его для… э-э… тайных встреч… ведь никто никогда не узнает, что они делали там, во сне, без посторонних глаз…
Это прозвучало настолько двусмысленно, что я прокашлялся.
– Ну да ладно, это своего рода развлечение, – спешно отмахнулась Сильвер, пока я поднимался на ноги. – Вернемся к Шепоту. Адепты призыва часто его используют. Он способен сбить с ног или связать противника, временно лишить его сознания или подавить волю к сопротивлению. Но Шепот бывает разный. Это зависит от выбранного адептом пути. Всего путей три. Путь черной вдовы доступен только женщинам. Его выбирают те, кто повышает индекс кодо, пожирая плоть адептов-мужчин. Жуткий и страшный путь, он запрещен законом города. За этот путь казнят без промедления.
– А как же Кай?
Сильвер кивнула.
– Кай – единственная в Ронстаде, кому позволен путь черной вдовы. И мы миримся с этим, потому что только она способна истреблять харпагов. Даже я ей в подметки не гожусь… А ты откуда о Кай знаешь?
Я поморщился. Для меня это была та еще тема для разговора.
