Улыбка Теи вспыхнула, как чертово солнце после десятилетия серых облаков и дождя.
Она протянула руку и сказала:
– Приятно официально познакомиться с тобой, Джимми.
У меня не было слов. Я боялся открыть рот. Я взял ее руку, мягкую и теплую, и Тея, как обычно, от души тряхнула мою.
– Ого, это безумие, – сказала она со смехом, светясь от счастья. – Безумно и хорошо и просто…
– Чудо, – выдохнул я.
– Да. В точку. – Она подошла ближе ко мне, как будто мы были одни, а не в комнате, полной людей. – И я была права.
– Насчет ч-чего?
– Насчет тебя.
Ее улыбка была яркой, застенчивой и смелой одновременно. Тея все еще не отпускала мою руку.
– Ты мне не приснился.
<p>Часть II</p><p>Глава 19</p><p>Тея</p>Я впервые открываю глаза…
Больничная комната, слегка размытая. Меня окружили врачи. Симпатичная молодая женщина доктор по имени Чен сказала, что мне сделали операцию по восстановлению моей памяти. Я кивнула, мол, поняла, но на самом деле не поняла. Не совсем. Я теряла память? Они сказали, что у меня было всего несколько минут сознания, но это же бессмыслица. Я всегда была там. Просыпалась и засыпала. То, что они называли амнезией, казалось мне бесконечным сном в крошечной безвоздушной коробке. Операция вытащила меня, разбудила. Я снова могла дышать. Снова могла думать.
Я жива…
Радость наполнила меня адреналином.
Другой доктор с австралийским акцентом задал мне вопросы:
Помню ли я свое имя? Дату рождения?
Да и да.
Помню ли я автомобильную аварию?
Нет.
Я вспомнила, как мы вчетвером – я, Делия, мама и папа – стоим в фойе и делаем фотографию на мой телефон. На… выпускной Делии. Точно. Она была в головном уборе и мантии.
Это воспоминание было одним концом книгодержателя. Другим была больница, а между ними – пустые тома, страницы которых медленно заполнялись словами. Строки, слова, ароматы или фрагмент песни. Очередное знакомое лицо открывало дорогу новым воспоминаниям.
Делия оставалась рядом со мной все два дня, пока я была в больнице. Моя сестра словно бы постарела больше чем на два года. Каждый раз, крепко обнимая, она смотрела на меня так, словно я внеземная форма жизни. Все смотрели на меня – специалисты, медсестры, – а я смотрела на эту жизнь, которая была намного ярче и богаче, чем мне помнилось.
– Когда придут мама и папа? – спросила я.
– Скоро, – ответила Делия. – Отдохни.
Я так устала после операции. Я хотела спать, но боялась, что закрою глаза, и все это исчезнет.
Я не хочу больше спать. Я хочу жить.
Но я уснула и проснулась, и все, что вернулось, никуда от меня не делось.
Я никуда не делась.
Когда я поправилась, меня отвезли в санаторий «Горный хребет», где я, по-видимому, и жила в течение последних двух лет. Все в старом здании было одновременно чужим и знакомым. Формы и запахи. Дерево и пыль. Дезинфицирующее средство и освежитель. Я шла сквозь бесконечный туман дежавю.
