Пять папок наугад полностью

– С другой стороны, ее сотовый должен был быть выключен, чтоб не фонил микрофон, значит, она скоро объявится. Уже полвосьмого.

– А что с гадалкой? Как она умерла? – спросил Берд, окуная очередные три ствола в красно-желтую листву.

– Пока не знаю, я все анализы сдал в лабораторию, но мне кажется, ее отравили.

– Неожиданное предположение, – сказал Пол, – отравили… Давай, садись, бери тот большой дом, собирай и рассказывай.

– Судя по всему, она умерла быстро. Выяснилось, кстати, что она для входа в «состояние» пила какую-то крепкую смесь горьких трав. Вот туда, я думаю… клей дайте, пожалуйста… вот туда, я думаю, яд и подсыпали. По внешним признакам, похоже на цианид. Но пока рано утверждать. Хотя я на девяносто девять процентов уверен, что это он.

– Красные пятна?

– Пока нет, но скоро проявятся! – сказал Хью и уважительно добавил, – Чувствуется опыт!

– Да, было такое на моей памяти, – ответил Пол.

– Я тоже однажды видел отравление цианидом, в студенческие годы, – сказал Хью.

Берд молча продолжал штамповать деревья.

– Ты круто механизировал процесс, – заметил Хью, глядя на Берда.

– В душе я – оптимизатор! Куча пакетиков. Я решил, что высыплю все листики всех цветов в коробочку, перемешаю и буду втыкать по три штуки. Удобно и быстро! Уже почти весь лес готов.

– Только елки не делай желто-красными, ладно? – сказал Пол.

– Я еще в своем уме! – Берд показал еще один нераспечатанный пакетик темно-зеленой стружки.

– Значит, гадалка умерла, убита, – стал размышлять Пол, – получается, что она ни при чем, и я зря на нее думал?

– Или ее убрали свои, поскольку к ней приходила полиция, – сказал Берд. – Хью, что тебе налить? Пиво или любой другой напиток – выбирай.

– Если честно, я бы выпил скотч, какой-нибудь не дорогой.

– Вот, это я понимаю, мужской разговор. Ты – клеишь, я – угощаю. А из еды? Что-нибудь закажем? – Берд оглядел бар, – если эта стройка не закончится, то я разорюсь к черту. Ни одного клиента за вечер!

– Давай пиццу! – сказал Пол, – мы тут надолго сегодня.

Дверь в бар распахнулась, и образовавшийся сквозняк сразу добавил свежести.

– Наверное, это пицца, – сказал Берд, – Хью, выпусти меня, я сейчас расплачусь с курьером и вернусь.

– Есть тут кто, в этом притоне? – раздался незнакомый голос.

Берд заторопился.

– Чем могу помочь?

– Куда вы дели мою жену, хотел бы я знать? – почти прокричал Питер.

Когда Дина открыла глаза, она долго не могла понять, где находится. Сумерки. Незнакомые занавески. Какой-то гостиничный номер.

Несколько минут Дина соображала. Черт, я уснула, мне же надо к гадалке. Она посмотрела на часы. Без четверти семь! Зачем я только вообще решила немного поспать! Я же опаздываю!

Дина вскочила с кровати, побежала в душ, соображая на ходу, какой из предметов ее скудного чемоданного гардероба сможет скрыть прикрепленный микрофон.

Дина влезла в джинсы, приклеила микрофон пластырем и надела толстовку. Сушить волосы уже не было времени.

Глянув на себя в зеркало, – ведьма идет на прием к гадалке — Дина взяла сумку и выбежала из номера.

В поезде Дина немного отдышалась. Так, надо собраться с мыслями. Меня зовут Дина, и я переживаю по поводу проблем с мужем. Тут даже придумывать ничего не надо. Ладно, разберусь на месте. Главное, не забыть подвести разговор к теме родственников.

Сидя у окна, Дина вдруг увидела в стекле свое отражение – неухоженная и патлатая девочка-подросток. Нет, в таком виде нельзя появляться на публике. Дина достала косметичку, но в ней не оказалось пудры и зеркала. Черт, они остались на работе.

Дина заплела коротенькую косу, но закрепить было нечем, и коса сразу начала расплетаться. О! Есть же камера в телефоне, – Дину осенило. – Сейчас накрашу глаза, у меня еще две остановки на это есть.

Дина сунула руку в карман толстовки, потом в карманы джинсов, потом в сумку. А телефон я оставила в номере! Прекрасно! Дина проверила наличие других важных вещей. Пропуск, удостоверение, кошелек – все на месте. Хоть это хорошо. Ладно, упрощу гадалке задачу. Почему с мужем не ладится? – А вы себя в зеркало-то видели?

Ровно в восемь Дина вошла в нужное здание. Фуф, хоть не опоздала.

– Простите, тут сегодня закрыто, – полицейский, которого Дина не сразу заметила, неожиданно преградил ей путь.

– У меня назначено, – сказал Дина, – можете проверить, – я по записи!

– Вся запись отменена. Видите – оцепление. Нельзя.