Золушка попыталась заглянуть прямо в глаза собеседнику. Но персонаж Братца был на голову выше ее, поэтому она могла лишь смотреть на рукоятку меча, торчащую из-за его правого плеча.
– Если только… Под невозможным ты имеешь в виду, что я не должна была знать о бинокле. Однако это очень странно – как ты сам-то узнал?
Братец долго молчал, прежде чем спросить:
– Золушка, что тебе нужно?
– Я просто хочу рассказать тебе правду.
– Правду?
– Именно, ты обязан узнать правду, – Золушка эмоционально колотила по клавишам, – потому что правда совсем не такая, какой тебе кажется.
– Я понятия не имею, о чем ты.
– Вот так, значит… Тогда, пожалуйста, ответь на один очень простой вопрос: кому ты продал свои часы?
– Что?
– Семья подарила тебе часы за поступление в магистратуру. Ты говорил, что для покупки Багряного дождя у Бэй Юэ нужна была приличная сумма, поэтому тебе пришлось продать свои часы, в том числе эти. Так кому ты их продал?
Братец вновь замолчал, а затем вдруг ухмыльнулся. Он, видимо, совсем истосковался по использованию смайликов.
– Ну конечно, и ты тоже…
Он отвернулся, как будто это могло помочь ему не видеть Золушку. В этой игре перспектива не от первого лица, поэтому это все равно что обманывать самого себя.
– Я не сомневаюсь в тебе, – искренне сказала Золушка, – именно поэтому и прошу сказать мне, кому ты продал эти часы.
– Я не помню, – грубо ответил Братец.
– Как это?
– Слушай, ты все равно не поверишь мне.
– Всего месяц прошел, как можно не помнить? – Золушка покачала головой. – Но я верю тебе. Ведь ты продал часы не месяц назад, так ведь?
– Что ты несешь? – Братец категорически заперся. Жаль, что текст в диалоговом окне не мог отразить его шок.
– Часы, которые были на тебе в день встречи, – всего лишь дешевая подделка. Но куда нам, неспециалистам, понять это… Ты намеренно показал нам всем свои часы и сказал, насколько они важны для тебя. А на самом деле дорогой аксессуар, подаренный семьей, уже давно был продан.
Золушка глубоко вздохнула, а затем сказала, словно нанося мечом удар, определяющий исход сражения:
– Даже сама та встреча – это была лишь подготовка к тому, чтобы положить конец жизни Бэй Юэ.
– У меня есть алиби. – Братец, застигнутый врасплох, пошел с козырей. – Если не веришь мне, можешь спросить у полицейских.
– Да, алиби… Это неудивительно, ведь ты никогда не был на месте преступления и тем более не сталкивал никого с крыши. Ты от начала до конца исполнял роль сообщника – сообщника Бэй Юэ.
– Ты хочешь сказать, что Цзя Мянь покончил с собой? – спросил я почти крича.
– Нет. – Ответ Фан Чэна был совершенно абсурдным. – Хотя, конечно, он создал нужную картину на месте происшествия. Он намеренно оставил свой блокнот и повесил бинокль, создав видимость того, что следил за Чэнь Хунцзянем. И после этого спрыгнул с крыши.
– Зачем?!
– В тот день мы все стали свидетелями ссоры между тобой и Бэй Юэ. Единственного в своем роде волшебного меча Багряный дождь стоимостью до шести тысяч нефритовых самородков было достаточно для преступного мотива. Плюс место, откуда упал Бэй Юэ, отделено от твоего общежития одной лишь железной дорогой. И полиция, и детектив немедленно связали бы эти два инцидента. С одной стороны, как потерпевшая сторона, Бэй Юэ хотел отомстить тебе, но это еще не повод совершать самоубийство. С другой стороны, у тебя был мотив для убийства, но есть идеальное алиби. Конечно, есть множество необычных смертей, но в итоге все они делятся на три типа: несчастные случаи, самоубийства и убийства. Поскольку мы исключили самоубийство и убийство, остается лишь несчастный случай – и Бэй Юэ сделал все так, чтобы его смерть выглядела как несчастный случай. Это тот эффект, которого вы вдвоем хотели достичь в глазах людей, установив причинно-следственную связь между спором вокруг Багряного дождя и смертью Бэй Юэ. Первое событие должно было стать причиной, а второе – следствием. Попав в ловушку такой схемы, можно сделать вывод лишь о несчастном случае. Однако на самом же деле падение было причиной. А странная сделка с Бэй Юэ, которая произошла до него, была следствием – иначе говоря, спектаклем, который вы разыграли.
– Так почему Цзя Мянь покончил с собой?! – На моей руке уже проступила кровь, но сильнейший зуд не уходил. Пот, льющийся с меня без остановки, делал все еще хуже.
– Ся Я, перестань чесаться. – Фан Чэн протянул мне тюбик с мазью. – Кстати, в этом году чересчур жарко. Если даже в комнате с включенным кондиционером потеешь, находиться на улице в рубашке с длинным рукавом, наверное, невыносимо.
