– Ну… всё не совсем так, – сказал Вань Чаоцзун с явной неловкостью. – Смотрите, угловое пространство между третьей и четвертой комнатами огорожено, там находится лестничная клетка. Закончив игру на нижней палубе, гости должны воспользоваться этой лестницей, чтобы подняться на верхний этаж и уже там найти окончательный выход. Поэтому сестра Ли, Шань Цзялян и Ци Яоинь не могли попасть в каюту шесть.
– Ага… – неуверенно согласился я. Но Вань Чаоцзун, похоже, не собирался останавливаться:
– Мы сделали плотные перегородки между соседними каютами – они обозначены пунктирной линией, – чтобы заблокировать свет из иллюминаторов, а также обеспечить звукоизоляцию, создавая атмосферу полного одиночества в море. Поэтому, если Лу Гохуэй, находящийся в седьмой каюте, вылез бы из иллюминатора и поднял перегородку, то смог бы добраться до шестой, и У Ань в восьмой ничего не заметил бы. А вот если б из восьмой попытались попасть в шестую, по пути преступнику пришлось бы пройти через седьмую, и его поймали бы на раз-два.
Вот как. Методом исключения мы пришли к выводу, что Лу Гохуэй имел наибольшие шансы совершить преступление. Однако если это именно преступление, у него должен быть…
– Если предположить, что Лу Гохуэй – убийца, каков его мотив? Если б погиб Шань Цзялян, все было бы ясно. Если б убили У Аня, это тоже можно было бы как-то притянуть за уши: мол, убийца перепутал, ведь они оба мужчины. Но зачем Лу Гохуэю убивать Фу Ицин?
– Потому что Фу Ицин и Шань Цзялян встречались. Если с его девушкой что-то случилось бы, это неизбежно нанесло бы огромный удар по Шань Цзяляну и заставило его отказаться от участия в соревновании на должность начальника. А Лу Гохуэй был бы выбран преемником Ли, – сказала Али серьезным тоном. – Конечно, Лу Гохуэй настаивает на том, что не знал об этом, но, скорее всего, он лжет…
– Погоди-ка, – остановил я ее. – Лу Гохуэй сказал, что не знал?
– Да, похоже, эти двое не рассказывали никому о том, что встречаются: внутри компании ближе всего с Фу Ицин общалась только Ци Яоин – они были соседками по квартире, – но она тоже говорит, что ничего не знала об их отношениях.
– Почему? У них в компании запрет на служебные романы?
– Полиция тоже задалась этим вопросом, но сестра Ли категорически отрицает это. Однако, по крайней мере, У Ань был в курсе. На самом деле, если б он случайно не упомянул об этом, Шань Цзялян не признался бы.
– Похоже на то… – Я нахмурился. – Шань Цзялян вызывает у меня все больше подозрений.
– По его словам, они встречались уже почти полгода. И держали отношения в секрете, потому что Фу Ицин сама хотела этого, но не говорила, почему конкретно.
– Как говорится, с мертвой не спросишь; этот парень теперь может говорить что угодно.
– Но Шань Цзялян был в каюте номер два, он не мог совершить преступление…
Али замолчала, всерьез обдумывая возможность совершения убийства Шань Цзяляном. Для нее важно было лишь доказать, что это убийство, а вопрос о том, кто его совершил, пока мог отойти на второй план.
– А могло ли быть так, – ее глаза вдруг загорелись, – что сначала он находился в четвертой или пятой каюте, а позже перешел во вторую? В этом случае он мог бы незаметно вылезти через иллюминатор и попасть в шестую каюту.
– Четвертая каюта на ремонте, – сказал Вань Чаоцзун. – Один из вибромоторов сломался, – вероятно, из-за залития водой.
– Тогда в пятой, – нетерпеливо сказала Али. – Но как он потом попал во вторую? А что, если у него был код, чтобы открыть дверь снаружи?
– Нет, – я покачал головой, – не думаю, что это так.
– Почему?
– Потому что чемодан открыли.
– Точно! – драматическим шепотом произнес Вань Чаоцзун. – Все правильно; это доказывает, что никто не менял каюты.
Али выглядела так, словно ничего не понимала. Было ясно, что раньше ей не приходилось иметь дело с такими умозаключениями.
– Код от чемодана, – терпеливо начал объяснять я, – представляет собой головоломку, в которой используется троичная система счисления.
– Троичная система?
– Это система счисления с основанием три[82]. Число десять в троичной системе соответствует трем в десятичной, двадцать соответствует шести, сто – девяти, а сто десять – двенадцати. В кладовой циферблат был в троичной системе; это первая подсказка.
– Как ты мог такое придумать? – пробормотала Али в сторону Вань Чаоцзуна и закатила глаза.
– Что касается второй подсказки, – продолжал анализировать я, – то это два странных уравнения на дверях туалета.
– Уравнения на двери? Вы про «GENTLEMEN РАВНО ОДИН» и «LADIES РАВНО ДВА»?
