И он опять пошел привычным уже путем в сторону дома Бен-Яиша, и опять прошел мимо гудящего столба электропередачи, и опять ощутил знакомую радость узнавания этих мест, но теперь уже не мог различить, был он здесь много лет назад или просто помнит все со времени прошлого приезда. Дом Бен-Яиша тоже был закрыт, он хотел заглянуть внутрь, но все жалюзи были плотно закрыты. Он постучал, и ему на мгновение показалось, что там кто-то есть, потому что ему послышался какой-то шелест, и он позвал: «Откройте! Это я!» — но шелест уже умолк, и никто ему не ответил. Он спустился к дому девочки и не без волнения постучался в дверь. Она открыла ему, на ней было белое в красный горошек платье, и он тоже покраснел, снова увидев ее чистое и серьезное лицо, и ему почему-то показалось, что за минувшие дни она стала меньше ростом. «Где отец?» — спросил он. Оказалось, что отец в больнице. «В больнице? — переспросил он, даже чуть обрадовавшись. — Давно?» Нет, он поехал туда сегодня утром и должен скоро вернуться. Девочка все еще придерживала тонкой рукой дверь, видимо гадая, намерен гость войти или хочет вернуться, и, может быть, даже опасаясь, что он снова займет ее кровать. И Молхо тоже не мог решить, стоит ли ему входить в дом, когда там не было ни одного из родителей. Что-то подрагивало у него внутри, как будто там притаилось какое-то маленькое, еще бесполое существо, тянувшееся к этой девочке. Он всмотрелся в полутьму коридора за ее спиной и увидел приоткрытую дверь ее комнаты, уголок тяжелого комода и край старой кровати с наброшенным на нее одеялом. Девочка проследила за его взглядом. Она стояла перед ним, очень похожая сейчас на отца, — мрачная, безрадостная маленькая индианка. «Вы хотите подождать его здесь?» — спросила она, наконец. «Нет, — сказал он, — я приехал к Яиру Бен-Яишу. Где он?» — «Он ждал вас все утро в школе, — сказала девочка. — Вам нужно пойти туда», — и она протянула руку, как будто хотела подтолкнуть гостя в нужном направлении. «Нет, — сказал он терпеливо, — там уже все закрыто, я только сейчас там был». Но девочка молчала. «Покажи мне, где живет секретарша, та, что преподает у вас музыку». Она тут же выскользнула наружу, босиком, и стала подробно объяснять, как нужно пройти, и он слегка коснулся ее худенького плеча — никакого ощущения, как будто между ними стояла какая-то воздушная стена, — и сказал: «Лучше покажи мне сама, только надень сначала что-нибудь на ноги».
И вот они снова шли друг за другом, и он видел перед собой ее прямые, как спички, ноги в спортивных туфлях и пытался завязать разговор, расспрашивая, когда должен появиться ребенок у ее матери, и как поживает корова, имя которой он забыл, и как называется их вади, — но она даже не знала, что у вади бывают названия, знала только, что там есть водопад, если немного спуститься по тропе, можно выйти к нему. «А как он называется, этот водопад?» — спросил Молхо. «Не знаю. Просто водопад», — ответила она.
