Но и нацисты были очень заинтересованы в подобных союзниках. Гитлер в своих планах отводил важную роль использованию «пятых колонн». Как свидетельствует один из приближенных фюрера, гауляйтер Данцига Раушнинг, «он и его генералы опирались на опыт взаимоотношений Людендорфа с Россией. Они изучали опыт германского генерального штаба, накопленный при засылке Ленина и Троцкого в Россию, и на основе этого выработали собственную систему и доктрину — стратегию экспансии». Предполагалось, что «в любой стране существуют силы, недовольные своим правительством», и надо их поддержать. А в нужный момент они нанесут удар изнутри, подрывая способность к сопротивлению. В общем, интерес был взаимным, и генерал П.А. Судоплатов приводит доказательства, что троцкисты в данное время установили плодотворное сотрудничество с абвером.
Льва Давидовича не оставляли и его теневые покровители из «мировой закулисы». Американец Мартин Аберн, переславший ему таинственное письмо в Алма-Ату, стал заведовать финансами в троцкистском движении. Денег из неведомых источников хватало и на жизнь, и на издание трудов и газет, на командировки, конференции. Во Франции Троцкий опять устроился со всеми удобствами, снял виллу в фешенебельном пригороде Парижа, Барбизоне. Хотя задержался здесь ненадолго. Париж был нашпигован советской агентурой. Она действовала дерзко: в 1930 г. среди бела дня похитила председателя РОВС генерала Кутепова. Разведка ОГПУ быстро внедрилась и в окружение сына Троцкого — Льва Седова. В 1934 г. ей удалось похитить часть архива Льва Давидовича. Но и многочисленные эмигранты всех течений и направлений — белогвардейцы, монархисты, социалисты, националисты — с большим удовольствием свели бы с Троцким собственные счеты.
Ему приходилось жить инкогнито, менять внешность. Французские власти были вынуждены взять под охрану его виллу. Скандальных политических убийств на своей территории они не желали. Но в это же время, и как раз после прихода к власти Гитлера, наметилось сближение Франции и СССР, чему присутствие Льва Давидовича никак не способствовало. Уже в 1934 г. его было решено выслать. Но такого беспокойного гостя не хотела принимать ни одна страна. Переговоры затянулись до 1935 г., когда политическое убежище Троцкому согласилась предоставить Норвегия. Изгнанный вождь перебрался туда.
Основные его усилия были направлены на создание IV (так называемого «марксистского») Интернационала. Вывести из-под влияния Москвы зарубежные коммунистические партии, подтянуть под себя. Для этого имелись прекрасные предпосылки. Ведь иностранные компартии формировались под эгидой Коминтерна — этим занимались сам Троцкий, Зиновьев, Радек, расставляли на руководящие посты собственные кадры, продвигали людей, близких им. Почти во всех партиях были радикальные группировки, в основном из молодежи, грезившие «мировой революцией». Теперь Лев Давидович выступал в печати, на конференциях, доказывая, что Сталин предал «мировую революцию», превращает иностранных коммунистов в собственных агентов, в придатки советских спецслужб. Несколько раз Троцкий бросал к ним призывы отделиться от советских структур и провозгласить новый, независимый Интернационал. Но он натыкался на противодействие партийных функционеров. Ведь они получали деньги из СССР.
Однако в 1935 году Сталин обратил внимание, что по каналам Коминтерна утекают слишком большие суммы в золоте и валюте. Решил, что хватит кормить зарубежных дармоедов, и прекратил их финансирование. Это сыграло свою роль: среди европейских и американских коммунистов пошел раскол. Рождались новые партии — «рабочие», «марксистские». Они связывались между собой, появилась Всемирная объединенная рабочая партия, прообраз Интернационала.
В преддверии Второй мировой войны троцкисты сыграли ключевую роль в грандиозной провокации. В 1936 году началась гражданская война в Испании. Франко взялись помогать Германия и Италия. А западная пресса — социалистическая, демократическая, коммунистическая — дружно подняла ажиотаж, объявив Испанию «передовым бастионом» борьбы с фашизмом. Одними из первых откликнулись троцкисты. В разных странах они вербовали и посылали на Пиренеи отряды добровольцев, провозглашали эту войну началом «мировой революции». Испанская секция IV Интернационала, Рабочая партия марксистского единства (испанская аббревиатура — ПОУМ) захватила под свой контроль Каталонию — и ее горячо поддержал давний помощник Троцкого, советский генеральный консул в Барселоне Антонов-Овсеенко.
