Пятна на солнце полностью

— Товарищ майор! Петров просит вас подойти к нему, — обратился к Сорокину сержант милиции.

Тот вышел во двор и направился к Петрову.

— Да, я слушаю вас, Василий Гаврилович, — обратился Сорокин к нему. — О чем вы хотели со мной поговорить?

Петров откашлялся, а затем, достав из кармана плаща платок, вытер им вспотевший лоб.

— Скажите, майор, как долго это будет продолжаться? — спросил он. — Что нужно чтобы прекратить все это?

— Сложный вопрос, товарищ Петров. Впрочем, этот вопрос скорее не ко мне, а к начальнику милиции Антонову. Разбои, грабежи и убийства — это линия работы милиции, а не органов государственной безопасности. Наша задача — борьба с врагами государства.

Ответ Сорокина явно не понравился Петрову. Он сверкнул глазами, словно хотел напугать Александра.

— Мне не нравится позиция, занимаемая вами, майор! — произнес секретарь горкома. — Гибнут простые советские люди, а вы пытаетесь занять нейтралитет в этой ситуации. Говорить, что это дело милиции, а не ваше, в корне неправильно. Завтра у нас партийное собрание, и я попрошу вас прийти на него. Там и поговорим о вашей нейтральной позиции.

Он развернулся и направился к автомашине. Через минуту, она скрылась за поворотом дороги.

Демидов открыл глаза и не сразу понял, что находится дома. Около изголовья стоял незнакомый мужчина в белом халате и держал в руках шприц, наполненный каким-то раствором.

— Вот и хорошо, — произнес незнакомец. — Кризис прошел. Однако вам придется еще с недельку полежать. Рана не смертельная, но неприятная. Вам повезло: если бы пуля попала на три сантиметра ниже, то шансов выжить у вас просто бы не было.

Мужчина сделал ему укол в ягодицу и вышел в соседнюю комнату. Евгений услышал, как хлопнула входная дверь, звякнул замок, и в комнату вошла Даша.

— Кто этот мужчина? — спросил он ее. — Я его не знаю.

— Это Юра, муж моей двоюродной сестры. Он врач, работает в военном госпитале.

— Как я оказался дома? Я ничего не помню, Даша.

Она поднесла к его губам стакан с водой. Он сделал глоток и вопросительно посмотрел на нее.

— Это я одна затащила тебя в квартиру. Я в ту ночь не спала и ждала тебя. Гляжу, ты идешь, шатаешься словно пьяный. Около подъезда ты споткнулся и упал, вот я и выскочила из дома. То, что ты весь в крови, я уже здесь разглядела. Сначала хотела вызвать милицию, но вовремя передумала и позвонила Юре. Мы вдвоем перетащили тебя в эту комнату, раздели, и он стал осматривать рану. Когда он сказал, что нужно вызвать милицию, так как у тебя огнестрельное ранение, я его отговорила, правда, пришлось немного поделиться с ним нашими продуктами.

Последние слова заставили Демидова скривиться от боли, так как он хотел подняться с койки.

— Даша! Зачем ты это сделала? Я же запретил тебе говорить о продуктах, тем более кому-то их дарить — закричал он ей в лицо, чем вызвал у нее полное недоумение. — Что он тебе сказал, когда ты их отдавала?

— А что я сделала такого, что ты кричишь на меня? Человек пришел, помог тебе, а ты пожалел три банки тушенки и немного яичного порошка? Да ничего он не говорил, так как я сказала, что эти продукты ты привез из Москвы. Что тебе еще надо от меня?

Женская логика была столь неубедительна, что заставила его застонать от бессилия. Он впервые грубо выругался вслух.

— Ты — овца! Почему я связался с такой глупой бабой, — закричал он на нее снова. — А если он отнесет эти продукты в милицию? Ты хоть об этом подумала?

Лицо женщины вспыхнуло от негодования. Заметив, что он отвернулся, Даша вышла из комнаты, хлопнув дверью.

«Нет, в этой жизни нельзя доверять никому. Стоило немного расслабиться, и эта женщина вдруг посчитала, что она имеет все права на него и может делать все, что ей хочется, — размышлял он. — Валить нужно отсюда и как можно быстрее. Этот майор из СМЕРШа явно не дурак и, по всей вероятности, накопал на меня столько, что хватит на три «вышки»».

— Даша! — крикнул он ей. — Подойди ко мне!

Она вошла в комнату и встала в дверях, вытирая руки подолом фартука.

— Где мой пистолет? — спросил он ее. — Отдай его мне.

Она молча вышла из комнаты и вскоре вернулась с коробкой, в которой лежал «Люггер».

— Зачем он тебе сейчас? — спросила она, протягивая ему коробку. — Не навоевался?

— Так спокойнее, — ответил он, взяв в руки пистолет.

Он вынул из него обойму. В ней был всего один патрон.

— Под диваном коробка с патронами, дай ее мне.

Набив магазин патронами, он попросил ее положить коробку обратно. Передернув затвор, он сунул «Люггер» под подушку.

Сорокин вернулся в кабинет после собрания партийного актива города. Он был зол и поэтому сразу же направился к телефону и стал набирать служебный номер генерала Каримова. Несмотря на позднее время, он знал, что тот находится на рабочем месте. Трубку долго не брали, но он продолжал ждать, так как был уверен, что генерал все равно поднимет ее.

— Слушаю, генерал Каримов, — представился он. — С кем говорю?