Пятна на солнце полностью

— Скажите, Саша, я могу вас так называть? — спросила она его и, получив утвердительный ответ, продолжила. — Давайте перейдем на «ты». А ты всегда такой нерешительный или только со мной?

Он усмехнулся.

— Не знаю, что тебе ответить Рита. У меня просто нет опыта общения с женщинами. Я после окончания училища был влюблен в одну девушку. Это была моя первая любовь, а она, как правило, бывает безответной.

— И что? Ты хочешь сказать, что больше никогда и никого не любил?

— Нет. Началась война, и как-то стало не до любви.

Она еще крепче сжала его локоть. Он почувствовал запах ее светлых волос, ее дыхание… Он остановился, хорошо осознавая возможные последствия этой встречи.

— Что-то случилось? — поинтересовалась Маргарита у него.

Несмотря на свои двадцать семь лет, он в какой-то момент испугался предстоящий близости с ней. А о том, что это произойдет сегодня, он уже не сомневался.

— Рита! Может, не стоит мне заходить к тебе? Давай, я просто провожу тебя?

Она жила одна. Муж ее погиб под Москвой в декабре 1941 года. Сорокин нравился ей, и она своим женским чутьем ощущала, что она тоже ему небезразлична, хотя они мало общались между собой: не ходили в кино и театр, не гуляли по вечерним улицам этого полуразрушенного подмосковного городка. Это был важный для них обоих момент, который мог соединить воедино их одинокие души или снова развести их в разные стороны.

— Я не стану настаивать на посещении моей квартиры, если ты против. Но мне показалось, что ты этого очень хотел.

Теперь, как говорят в народе, шар оказался на его стороне, и ему дано право решать, как быть дальше.

— Я подумал и решил все же зайти, — произнес Сорокин. — Пойдем быстрее, мне ужасно хочется твоего прекрасного чая.

Он взял ее за руку, и они снова вместе зашагали по темной осенней улице.

Сорокин, Козырев и Мигунов прошли весь двор и остановились около подъезда.

— Демидов живет на втором этаже, — произнес Александр, обращаясь к Козыреву. — Мигунов, останешься здесь, и будешь страховать окна, а мы с ним попытаемся войти к нему в квартиру. Проверьте оружие: Демидов вооружен и очень опасен.

Стараясь не шуметь, они быстро поднялись на второй этаж и постучались в дверь. К двери долго никто не подходил. Сорокин приложил ухо к двери и отчетливо услышал какой-то разговор, который происходил за дверью.

— Кто там? Я никого не жду, — наконец раздался из-за двери испуганный женский голос.

— Извините за беспокойство, гражданочка, это из районного военкомата. Нужно уточнить, почему ваш жилец до сих пор не встал на воинский учет. Откройте, пожалуйста, дверь. Ваш жилец дома?

— Его нет, — ответила женщина, — он еще вчера уехал в Москву и обещал вернуться лишь к вечеру. Я женщина одинокая и поэтому вам не открою. Приходите с нашим участковым уполномоченным.

— Я вам еще раз говорю русским языком, откройте дверь. Вам что, нужны неприятности?

Он моментально пожалел о том, как произнес эти слова: работник районного военкомата не мог так требовательно говорить. В это время, пока Даша стояла в прихожей и разговаривала с мнимым работником военкомата, Демидов торопливо одевался. Рана еще сильно болела, и эта боль тормозила его сборы. Наконец, он оделся и вышел в прихожую, держа в руках пистолет. Даша помогла ему надеть обувь и накинуть дождевик.

— Прощай, Даша. Спасибо тебе за все, — тихо произнес он и выстрелил ей в голову, а затем два раза в дверь.

За дверью кто-то громко выругался. Похоже, его выстрел достиг цели. Пуля попала Козыреву в живот, и он, упав на пол, громко закричал от боли. Услышав выстрелы и шум на лестничной площадке, из квартиры вышла соседка, жена Петрова.

— Что здесь происходит? — возмутилась она.

Однако, увидев окровавленного человека, катающегося по полу, она испуганно завизжала и вместо того, чтобы оказать какую-то помощь, быстро скрылась за дверью. Тем временем Сорокин сильным ударом ноги выбил дверь квартиры Демидова и заскочил в прихожую. Там на полу лежала хозяйка квартиры. Из головы медленными пульсирующими толчками струилась кровь, образуя большую лужу. В этот момент в квартиру с пистолетом в руке вбежал Мигунов. При виде крови ему вдруг стало плохо: он схватился за стенку и, словно мешок с картошкой, повалился на пол.

Сорокин осторожно прошел на кухню и увидел открытую дверь черного хода. Держа пистолет наизготовку, он медленно спустился по крутой винтовой лестнице и оказался во дворе, который был пуст. Александр громко выругался и, сунув пистолет в карман пальто, направился обратно в квартиру.

Поднявшись по лестнице, он увидел жену Петрова, которая наблюдала за ними в дверную щель. Заметив, что майор посмотрел в ее сторону, она быстро захлопнула дверь.

— Ты зачем оставил пост? — спросил он Мигунова. — Почему нарушил мой приказ?

— Извините, товарищ майор. Когда я услышал выстрелы, то решил помочь вам. Вас же было всего двое.