По ночам команда также пьет и поет песни. Сиенит неправильно произносит вульгарные слова, неизбежно заставляя их звучать еще вульгарнее и немедленно становясь другом всей остальной команде.
Остальная часть команды сдержанна в своем суждении, пока не замечает на седьмой день вероятную цель. Они рыскали на торговых путях между двумя густонаселенными полуостровами, и люди с подзорными трубами высматривали с мачт корабли, достойные усилий. Иннон не отдает приказа, пока ему не сообщают об особо большом корабле, из тех, что используются для перевозки грузов слишком тяжелых или опасных для перевозки по суше: масло, камень, летучие химикаты и древесину. Те самые вещи, которых больше всего недостает на голом острове посреди нигде. Это судно сопровождает другое, менее крупное, которое, согласно донесениям тех, кто смотрит на него сквозь подзорные трубы и определяет такие вещи на глаз, наверняка набито местным ополчением, оснащено боевыми таранами и собственным вооружением. (Возможно, один из них каррака, второй каравелла, как говорят моряки, но она не может запомнить, что есть что, и запоминать – сплошная головная боль, потому она намерена ограничиться «большим кораблем» и «маленьким кораблем».) Их готовность обороняться от пиратов подтверждает, что на борту есть нечто ценное.
Иннон смотрит на Сиенит, и она яростно ухмыляется.
Она поднимает двойной туман. Первый требует от нее забрать энергию из окружающего на дальнем круге ее предела достижимости, но она это делает, поскольку там находится малый корабль. Второй туман она поднимает в коридоре между «Клалсу» и грузовым кораблем, так что они будут у цели, перед тем как их заметят.
Все идет как по часам. Команда Иннона очень опытна и искусна, остальные, как Сиенит, еще не понимают, что им делать, и их отодвигают в сторону, когда другие готовятся к делу. «Клалсу» выходит из тумана, на корабле бьют тревогу, но слишком поздно. Люди Иннона палят из катапульт и рвут паруса цепями. Затем «Клалсу» подходит близко к борту – Сиен думает, что они сейчас ударятся, но Иннон знает свое дело – и команда забрасывает крюки, сцепляет борта и подтягивает корабль при помощи большой лебедки, занимающей почти всю палубу.
Это опасный момент, и один из старых членов команды загоняет Сиен под палубу, когда люди с торгового корабля начинают выпускать стрелы, метать камни из пращей и метательные ножи. Она сидит в тени под лестницей, пока остальные бегают вверх и вниз, и ее сердце колотится, а ладони влажны. Что-то тяжелое бьет в обшивку в пяти футах от ее головы, и она съеживается.
Но, Клятая Земля, насколько же это
Все заканчивается в считаные минуты. Когда суета затихает и Сиенит осмеливается снова высунуться наверх, она видит, что между двумя бортами переброшен трап, и люди Иннона бегают по нему взад и вперед. Некоторые из них захватили в плен членов команды грузового судна и держат их на палубе, угрожая им стеклянными ножами, остальная команда сдалась – сдает оружие и ценности, боясь, что иначе повредят заложникам. Некоторые из моряков Иннона уже ушли в трюм, выкатывают оттуда бочонки, выносят ящики и перетаскивают их на палубу «Клалсу». Добычу разберут потом. Сейчас главное – скорость.
Но внезапно слышится крик, и кто-то бешено бьет в колокол – и из клубящегося тумана появляется судно конвоя. Оно идет прямо на них, и Сиенит запоздало понимает их ошибку – она полагала, что боевой корабль
Сиенит переполняет сила, взятая из тепла и свободных волн моря. Она реагирует не раздумывая, как вбили в нее во время бесконечной муштры в Эпицентре. Она тянется вниз, сквозь странную скользкость морских минералов, сквозь вязкую бесполезность донных осадков, вниз. Под океаном камень, древний, дикий, и он весь в ее распоряжении. Люди на всех трех кораблях перестают орать, потрясенно замолкают. Поскольку внезапно палубу атакующего корабля протыкает снизу зазубренный массивный нож донного камня, высовываясь на несколько футов над палубой, пригвождая корабль к месту и не давая ему перевернуться.
Трясясь, Сиенит медленно опускает руки.
Крики на «Клалсу» из тревожных переходят в дикую радость. Некоторые из команды торгового корабля даже выдыхают – лучше уж пусть одно судно пострадает, чем затонут все три.
После того как боевое судно пришпилено к месту, все разворачивается быстро. Иннон находит ее после того, как команда рапортует, что трюм пуст. Сиен переходит к носу, откуда ей видно, как команда судна конвоя пытается стесать зубец.
Иннон становится рядом с ней, и она поднимает взгляд, готовясь принять его гнев. Но он вовсе не гневается.
