В городе Тунис мы оказались в феврале, преодолев 700 километров от ливийской столицы до тунисской. Мы добирались почти целый день с заездом на остров Джерба. Я не ставил себе задачу специально собирать информацию по этнографическим проблемам арабских народов. Но это случилось, именно случилось ненароком, в пути, в процессе бесед с крестьянами и ремесленниками, забегавшими выпить чашечку кофе или бутылку кока-колы в придорожные ресторанчики, с владельцами небольших лавчонок, где мы делали кое-какие покупки, со сторожами и добровольными гидами римских и арабских памятников на острове Джерба, в Тубурбо-Майусе, Эль-Джеме, Кайруане, Загуане и других городах и поселках.
Мне хотелось бы отметить удивительную коммуникабельность тунисцев. Вступить в контакт с иностранцем, оказать ему небольшую услугу, ответить на вопросы, касающиеся истории страны, национального костюма или обрядов, — все это рассматривалось ими как акт гостеприимства и дружбы. Возможно, мне помогало и то, что я говорил по-арабски, интересовался, например, названиями предметов на арабском языке и тем самым автоматически выходил за рамки обыкновенного туриста, падкого на броскую, бьющую в глаза экзотику, но упускающего за этой внешней формой нечто важное для национального чувства тунисца. Поэтому моя непродолжительная поездка по стране, к которой я тщательно и долго готовился, оказалась довольно успешной и результативной.
Небольшая, уютная столица Туниса производит на меня впечатление провинциального города где-то на юге Франции. В центре Туниса — добротные многоэтажные дома с магазинами и ресторанами, занимающими первый этаж, пробки автомашин европейских марок перед светофорами, назойливая реклама. Слышна французская речь. Но это все же арабский город. Арабской вязью выписаны названия улиц и некоторых магазинов, уличные торговцы толкают перед собой тяжелые тележки, заваленные апельсинами, баклажанами, виноградом и перцем. Голосистые продавцы цветов и прохладительных напитков своей гортанной арабской речью убедительно напоминают вам о том, что вы все же в иранском городе, а не на юге Европы.
Только что прошли Рождество и Новый год, и приметы этих ушедших праздников остались в рекламные объявлениях о распродаже залежалых товаров и несколько нервной суете, которой всё еще охвачены жители. Это дает мне возможность поговорить о том, как тунисцы встречали Новый год раньше и сегодня.
Новый год в Тунисе, в стране, которая в большей степени, чем другие арабские страны, приобщилась к европейской цивилизации, отмечается 1 мухаррама довольно широко. Еще во времена монархии тунисский бей принимал в своем дворце поздравления от высокопоставленных чиновников государства и устраивал фейерверк. Эта традиция в несколько измененном виде сохранилась и до нынешних дней. Сегодня поздравления с Новым годом принимает президент Тунисской Республики в своем дворце от членов правительства и глав дипломатических миссий.
Ниже я расскажу об этом празднике и следующем за ним через девять (или десять) дней скорбном дне, называемом у мусульман «ашура». Несмотря на то что Новый год и ашура в Тунисе уже не отмечают в том объеме, в каком это происходило прежде, тем не менее в разных районах страны и в различных социальных группах еще сохранились и соблюдаются связанные с ними торжествами обычаи. К тому же время не стоит на месте: оно идет вперед, но порой и назад, и особенно это касается возрождения забытых обрядов. Подобный процесс характерен для тех стран, где действуют многочисленные фольклорные объединения и общества, ориентирующиеся именно на эти благородные цели. В этом отношении Тунис не исключение. Кроме того, кто знает, может быть, уже через несколько лет те обряды и обычаи, которые ушли в прошлое, вновь станут реальностью и приметами повседневной жизни.
На народном уровне Новый год всегда отмечается особенно торжественно, вероятно, оттого, что этот праздник в представлении тунисцев связывается с религиозной церемонией ашура, приходящейся на 10-е число месяца мухаррама по мусульманскому календарю.
В своей основе ашура является днем страстей по имаму Хусейну, сыну четвертого халифа Али, и Фатимы, дочери пророка Мухаммеда. Хусейн был убит в 680 году под иракским городом Кербелой, и его сторонники, которые создали самостоятельное направление в исламе — шиизм (от арабского слова «шиа» — «сторонники»), и сегодня отмечают этот день как день траура и скорби. Налет траура и скорби также ощущается в Тунисе, хотя его мусульманское население с XII века принадлежит к другому, суннитскому направлению ислама. Но поскольку, по мусульманскому преданию, 10 мухаррама является днем смерти имама Хусейна, прямого потомка основателя ислама Мухаммеда, и Фатима, дочь пророка, в этот день ходила на кладбище оплакивать гибель своего сына, то тунисцы в ашура посещают могилы своих усопших родственников.
