— Этот сон на самом деле не совсем сон, или даже совсем не сон, — ответил я. — Однажды мы доставали Птицу из подобной ситуации с проникающим ножевым ранением живота, поэтому на этот раз отнеслись к ситуации со всей возможной серьезностью. Если бы первым на место происшествия прибыл я, то товарищу Ленину во плоти не грозило бы ничего страшнее ночного ареста. Нам, Адептам Порядка, положено делать все по порядку: арест, следствие суд, расстрел. Но Адепты Хаоса отбрасывают предварительные этапы как незначащие, и сразу же переходят к возмездию. В следующем мире, четырнадцатого года, мы постарались не допустить повторения прежних ошибок, а потому в канун начала боевых действий пригласили товарища Ленина в гости к себе в Тридесятое царство.
— Так уж взяли и пригласили? — недоверчиво переспросил Сталин. — Я вижу, что вы мне не врете, но как то не особенно верится…
— Мой посланец, — сказал я, — показал Владимиру Ильичу партбилет члена КПСС из восемьдесят девятого года, а потом от моего имени пообещал без ограничений пускать его в библиотеку с книгами из того же времени. И все, никто его силой к нам не тащил, сам пришёл.
— Да, — кивнул Сталин, — Старика можно заманивать только неизвестными ему книгами и этот, который из четырнадцатого года, в отличие от предыдущего варианта, у вас цветет и пахнет. Скажите, почему так?
— Наши врачи и маги жизни всесторонне обследовали товарища Ленина, и пришли к трем ключевым выводам. Во-первых, демон укрепился в сущности Володи Ульянова так прочно, что удалить его оттуда без летального исхода невозможно. Во-вторых, у товарища Ленина достаточно сильная воля для того, чтобы держать своего «квартиранта» под неусыпным контролем. В-третьих, в Основном Потоке товарища Ленина убила не «отравленная пуля Фанни Каплан», а демон, который чрезвычайно усилился после того, как вмещающий его носитель стал центром всеобщего внимания. Возникшие при этом энергетические потоки начисто сожгли товарищу Ленину мозг, отчего он и умер в возрасте всего пятидесяти четырех лет. В мире моего начштаба полковника Половцева, иначе ещё именуемом миром Победившего Октября, Старшие Братья в качестве Предсовнаркома сразу сделали ставку на товарища Сталина, убедив Владимира Ильича заняться теоретической и законотворческой работой. И что вы думаете — в том мире товарищ Ленин прожил на четверть века дольше, успев собственными руками потрогать социализм в его достаточно развитой форме. Так что и наличие оседлавшего демона — это ещё не приговор.
— Да, — задумчиво произнёс Сталин, — век живи, век учись. По самым разным демонам вы у нас, оказывается, действительно очень большой специалист, и самым последним из них, после товарища Ленина, как я понимаю, был Гитлер, и все.
— Нет, не все, товарищ Сталин, — ответил я. — В том же мире четвертого года, где не повезло местному товарищу Ленину, та же Кобра обезглавила так же оседланного демоном Константина Победоносцева, но о нём никто плакать не будет. Но самым крупным, если можно так сказать, демоном в моей практике был преподобный Великий Пророк Иеремия Джонсон, который чуть было полностью не погубил тот мир, который отдан мне сейчас в ленное владение. Есть мнение, что в мире демонов эту сущность звали Люци, то есть Люцифер. Бывшее Царство Света, где эта сущность была безраздельным хозяином на протяжении примерно ста пятидесяти лет, представляет собой восточную часть территории Североамериканских Соединенных Штатов. Обитавшие там люди сами отдали демону все, что у них было: ум, честь, совесть, любовь, нежность, лишь бы обрести чувство превосходства — как над другими народами, так и над собственными женщинами. Совершенно выхолостив христианство, демон отбросил его пустую оболочку и перешел к прямому умственному контролю над своими последователями…
Дальше ещё примерно в течение часа я рассказывал товарищу Сталину о Царстве Света, попутно проводя параллели с Третьим Рейхом.
…Соединенные Штаты Америки, — закончил я свой рассказ, — в любой момент способны создать новое Царство Света прямо в Основном Потоке — там, наверху, к этому все и идет. Научившись лечить эту заразу у вас здесь, я продолжу эту работу в семьдесят шестом году, а там — здравствуйте, окровавленные девяностые, пылающая в огне Югославия и прочие прямые и побочные последствия гибели первого в мире государства рабочих и крестьян. А начиналось-то все как раз в вашем пятьдесят третьем году с непобеды в Корейской войне.
— Хорошо, товарищ Серегин, мы вас поняли, — кивнул Отец Народов. — Мы и раньше думали, что американская гегемония — это очень вредно для нашего мира, а тут ещё выяснилось, что во всём виновны демоны…
