«А ты на мою цену согласен?»
«У тебя трехверстка Томской области?»
«Ты что! Северный район».
«Это где?»
«Это Новосибирская область».
«Ладно, куплю».
«Тогда слушай! Сейчас перечислю пары некоторых городов, а ты улови закономерность и угадай неполную пару. Готов? Начали… Новосибирск – Анадырь, Магадан – Куйбышев, Сочи – Томск, Чита – Норильск, Красноярск – Москва, Абакан – Киров, Юрга – Рязань, Благовещенск – Мариинск… Улавливаешь закономерность? Тогда выдай пару к городу Тайга! Ну? Бывал в Тайге? Крупная узловая станция».
Сергей прикинул, но никаких закономерностей в предложенных Чугунком парах не обнаружил. Ни географических, ни социальных, ни демографических, ни даже общечеловеческих.
«Даже ты не разгадал! – обрадовался Чугунок. – А то все, Мишка дурак, Мишка дурак! Как сговорились. – И дружески предупредил: – В следующий раз думай, цены у меня бешеные!»
«Да подожди ты с ценами, – заинтересовался Сергей. – Ладно, проиграл я. Но какая тут закономерность? Новосибирск – Анадырь… Магадан – Куйбышев… Сочи – Томск… Юрга – Рязань… Благовещенск – Мариинск… Не вижу никакой закономерности… Какая пара будет к Тайге?»
«Назови первый пришедший на память город».
«Тамбов».
«Ну, вот, Тамбов и есть пара Тайге!»
«Это как понимать?»
«А творчески, старик, только творчески! А то все: Мишка дурак, Мишка дурак! – неистовствовал Чугунок. – Тут дело в творческом подходе. Не спит, значит, еще соловей томский! Понял? – И объявил торжествующе: – Отсутствие всяких закономерностей – вот главная закономерность! Какой город назовешь, такой и будет парой. Всосал? Найдись смелый человек, влепи в упор первое пришедшее в голову название, вот и выигрыш. Для умного человека мне карт не жалко. Любой экземпляр отдам».
– Нравятся? – повторил Чугунок.
– Еще бы…
– Думаешь, я тут прячусь? – хитро прищурился Чугунок и почесал голую загорелую грудь. – Я тут не прячусь.
Глаза Чугунка смотрели уверенно.
Не было в глазах знакомой тухлинки.
Очень живо поблескивали глаза, совсем как у веселого мошенника Варакина.
– Я тут ни от кого не прячусь. Здесь никто не стоит над душой у меня, блин! – с некоторым даже превосходством похвастался Чугунок. – Хочу, работаю, хочу, размышляю о жизни. А хочу, – довольно потянулся Чугунок, – могу в тайгу уйти на полмесяца. Одно время работал в прачечную, мне нравилось, но там Лизунов лютует, крутую дисциплину навел. У него все на учете, он настоящий извращенец, блин! Поет, поет еще соловей томский! – Похоже, появление Сергея удивило Чугунка еще меньше, чем Варакина. – А если смутно на душе, полбанки не заложу, теперь это не мой стиль. Лучше пойду к костру. Правду послушаю, сам выскажусь. Чистую правду, Серега, говорить страшно только поначалу. Слышишь меня? – таинственно поманил Чугунок и приложил палец к толстым губам. – Ты мне помогал?
– Помогал.
– Ты меня не обижал?
– Не обижал.
– Мы в мире жили с тобой?
– В мире.
– Вот значит, и я тебе помогу.
– А разве я прошу помощи?
– А тебе и просить не надо, у тебя все на роже написано, – нагло почесал голую грудь Чугунок. – Да я и сам в курсе. Сидел ночью в конторе, там у нас пункт связи, и все сам слышал. Ну, спутниковая связь, я люблю трепаться по телефону, – объяснил он. – Поздравил одного придурка с семнадцатым числом.
– Почему с семнадцатым?
– Ну? – обрадовался Чугунок. – Ты не слышал?
– О чем?
– Так ведь праздник дефолта!
– Объясни нормально.
– Да нечего объяснять? Совсем новый национальный праздник!
– Что ты несешь?
– Так правительство же Кириенко объявило дефолт, блин! Самая распоследняя старушка шамкает теперь это слово. Рубль рухнул, Серега! Как в сказке. Была картошечка простая, стала золотая. Короче, семнадцатое августа, блин! Так сказал гордый премьер Кириенко городу и деревне. Кстати, – деловито напомнил Чугунок, – если ты работал с бумагами ГКО, то по ним теперь тебе ничего не причитается. Заморожены. Может, до твоей стрости. Всосал? Виталик Тоцкий, говорят, стоит сейчас на коленях у стены Плача и ненавязчиво намекает своему Христу: верни, блин, дескать, бумаги. А что Христу до ГКО? Он палестинцев унять не может. Считай, все рухнуло, Серега, – нагло почесал загорелую грудь Чугунок. – Опять нас с тобой обули.
Чугунок внимательно посмотрел на Сергея, и по его глазам Сергей понял, что он не врет. За ту неделю, что Сергей провел в тайге, в мире действительно что-то случилось.
– Да ладно Кириенко, – ухмыльнулся Чугунок. – У тебя сейчас другие проблемы. Ты, как я понимаю, оказался в Новых Гармошках не ко времени. Ты вроде незрелый кадр. Другие – зрелые, а ты не зрелый. А это дело такое, это дело важное, – значительно покрутил пальцем у виска Чугунок. И понизил голос: – Сваливать тебе надо.
Сергей удивился.
Полчаса назад Ленька Варакин категорически не советовал ему искать выхода из Новых Гармошек, и вдруг такое предложение.
– Я ж говорю, ночью сидел в конторе, – пожал Чугунок загорелыми плечами и задумчиво почесал грудь. – Лучше бы я воевал с Лизуновым в прачечной, блин. Не буду врать, есть у тебя проблемы. Своими ушами слышал, как Ант говорил с Третьим, а потом с Седьмым.
– Ант?
– Он самый.
