Стоило разложить все по полочкам и сосредоточиться. Итак, что мы имеем. Для меня давно не секрет, что некоторые души проходят реинкарнацию – могут рождаться вновь. Почему это происходит, уже совсем другой вопрос. Одни души становятся темными, другие светлыми, а третьи рождаются вновь, так устроено в нашей природе. Если душа говорила правду, то я ранее умер и, находясь в некоем «состоянии», в котором я к тому же знал, что смогу переродиться, оставил для самого же себя послание. По всей видимости, в послании зашифрованы знания, которые невозможно пронести с изнанки бытия сюда, перерождаясь и проходя весь цикл развития с нуля. Но я с какой-то целью решил обмануть эту, назовем ее системой, и оставил подсказки, которые могут привести к таинственному пятому тотему. Он откроет правду о том, кто я есть. Не стоило забывать и о «них». О некой силе, не обладающей мощью в этом мире, очевидно, обитая в изнанке. И эта сила знала о трюке, который я провернул. Кто может обитать в Бездне, мне не хотелось даже думать. Это было очевидно, и от того страшно.
Ну, наконец, главное. Душа донесла до меня и то, что моя жизнь, по-видимому текущая, ничего не значит, если я провалю свою миссию и не найду этот самый тотем. Если я его не найду, то не начну с начала. Получалось, что ставки настолько высоки, что в случае неудачи текущая жизнь является моей последней из возможных реинкарнаций. Видимо, именно это послужило причиной того, что я решился на столь отчаянные меры, шифруя послание самому себе. Итак, пятый тотем! Что это может быть? Сама по себе тотемная магия, как и весь шаманизм, основана на обращении к силам четырех стихий: огонь, вода, земля, воздух. О существовании пятой стихии периодически возникали жаркие споры, в попытках отнести к ней то одну, то другую область магии, колдовства или чего еще. Впрочем, безуспешно, постольку, поскольку есть основы мироздания, в которые не впишешь сухую теорию, они держатся на практике. Возможно ли, что тотем – это аллегория? Однозначно, что такую версию не стоит отметать сразу.
Оставался и другой, не менее интересный вопрос. Почему душа, которую я якобы послал, ждала меня именно здесь? Ведь я же мог никогда тут и не оказаться. Что могло заставить рунианца пилить через проклятый бурелом в Долину Томагавков? Ответ лежал на поверхности. Я был здесь ради смошадор. Нажива, приключения – все это хорошо, но меня не волновало от слова совсем. Я искал знаний древнейшего шаманства утаремо, того, чему не могут научить деревенские знахари. Мог ли я сам заложить себе мысль в новой жизни рано или поздно отправиться на его поиски? Может, смошадор и есть пятый тотем? Этот ответ окажется доступен, лишь когда я его найду. По крайней мере, оставалось на это надеяться.
Выйдя из зала, я наткнулся на испытующий взгляд Селиры. Она не спрашивала ничего, лишь выдержала паузу и, прикрыв глаза, крепче закуталась в одеяло. Я так же тихо, как входил, стараясь никого не разбудить, прокрался обратно, остановившись около жрицы. Она сделала вид, что спит, и, воспользовавшись отсутствием возражений, я нагло плюхнулся рядом. К ногам тянулся приятный теплый свет от знака на полу. Помешкав с минуту-другую, мне пришло в голову все же спросить шепотом:
– Светлые души когда-нибудь лгут?
Она ответила не сразу, и когда я уже стал думать, что Селира решила вовсе проигнорировать столь хамское вторжение, вдруг зашептала так же тихо:
– Светлые – никогда! Они попросту не могут этого сделать. Понимаешь…
Она замялась, подбирая слова. А когда вновь заговорила, в ее голосе внезапно зазвучало восхищение:
– Место, в котором они находятся, предполагает абсолютное безразличие к делам мирским. Они выше этого.
Меня начинало удивлять, как такая умная женщина может говорить такие недальновидные вещи. Как это безразличны? Душа пришла потому, что ее прислали. Причем довольно давно, оставив ей это задание. Не знаю, о каком мифическом запредельном мире мы ведем разговор, но там явно не все в порядке, раз некоторые оттуда сбегают, еще и отправляя шпионов вдобавок. Вслух я, конечно, этого не сказал, но чуть погодя все же спросил:
– А заставить врать их могут? Или, скажем, имитировать светлую душу?
Вопрос, кажется, застал ее врасплох. Я бы назвал это озадаченным молчанием.
– Почему ты спрашиваешь? Что у вас там произошло?
Я не решил еще, стоит ли такое рассказывать, поэтому вынужден был выкручиваться.
– Загадки, туманные загадки. Я ожидал иного.
Видимо усталость брала верх, и жрица отреагировала чуть раздраженно.
– Не хочешь делиться своими тайнами – дело хозяйское! Не мешай тогда спать.
Поняв, что разговор окончен, я перевернулся на бок, и скоро меня сморил сон.
Я проснулся от того, что кто-то хлестал меня по щекам. Не видя, кто это, я перехватил руки и что есть сил сжал, останавливая.
– Ай! Ты что?! С ума сошел?
