Краска окончательно и бесповоротно залила щеки. Прикрываться не стала: глупо, но не единожды пожалела, что сняла с вешалки провокационную вещь. Стоило остановить выбор на строгом и чинном платье.
— Совсем. Посмотрите, даже тесемочки не спрячешь, — продавщица шагнула ко мне и указала на бедра.
Сглотнула — Лотеску взглядом проверил ее слова, медленно, мучительно чувственно. Словно провел пальцами по разгоряченной коже. Давно забытое чувство всколыхнулось, напомнив о годичном воздержании.
Плотно сжав бедра, старалась не поддаваться. Нужен секс? Найди любого другого мужчину. Или хочешь стать сто первой в списке двухнедельных романов? Валяй, только потом не жалуйся на съемную квартиру и разбитые мечты. Что хотела, то и получила, милая, умные девочки думают о будущем. Содержать себя можно двумя способами: хорошо выйти замуж и найти хорошую работу. Запомни и сходи в клуб, чтобы наутро уехать, не оставив кода диктино.
Не порти отношений с Лотеску, не порти! Где ты найдешь еще одного идеального начальника? Он южанин, они все такие. Подумаешь, хочет, ему любой симпатичной женщины в минимуме одежды достаточно для пробуждения инстинктов, пройдет.
— Понятно, — по губам хассаби скользнула мечтательная улыбка. Дорого бы дала, чтобы заглянуть в его голову. — Но ведь туфли с ним надевают, вот и займитесь.
— Я сама! — пискнула, чтобы не остаться наедине с начальником. Впервые я его боялась. — Плюс вы обещали только платье, не надо никаких туфель!
Продавщица вопросительно глянула на Лотеску. Тот кивнул, и она зацокала обратно в зал. Мы с хассаби остались одни в примерочной. Гулко сглотнула. Захотелось юркнуть обратно в кабинку, но сдержалась, расправила плечи.
— Повернитесь, — попросил Лотеску.
Подчинилась, гадая, чем закончится хождение над пропастью. О, сколько бы слов я теперь взяла назад, но поздно.
Обжигающий взгляд скользнул по пятой точке — будто ладонями сжал. Шайтан проклятый, прекрасно знает, что делает! Как же тяжело!
Так, дышать и не думать о сексе, не думать!
— Похоже, с королевой приема мы определились, — самоконтроль самоконтролем, но хрипотца никуда не делась.
Треклятая продавщица, чего ей стоило смолчать про белье?! Он ведь теперь ни о чем другом думать не сможет. Горячая кровь! Моя реакция только раззадоривает. Лотеску чувствует слабину, понимает, что если немного поднажать, получит согласие.
— Может, что-то поскромнее? — робко предложила я и рискнула повернуться.
Лотеску стоял, где стоял, но, вопреки предположениям, успокоился. Зрачок уменьшился, желание схлынуло, осталось лишь восхищение. Как он так быстро? Завидую!
По сердцу прокатилась волна тепла, а ведь казалось, я подчинила тело разуму. Наверное, в каждой женщине живет глупая девушка, которая тает от внимания мужчин, подобных Эмилю Лотеску.
— Не стоит. Вы ослепительны, Магдалена! Определенно, синий к вам к лицу. Только посмейте надеть на вечеринку, — он запнулся, но договорил: — по поводу моего отъезда что-нибудь другое!
Ничего страшного, я знаю, что Лотеску уедет в столицу, не расплачусь.
И тут внезапно осознала: начальник никогда прежде не делал мне комплиментов без сексуального подтекста. Желание, витавшее в воздухе, развеялось, однако я по-прежнему осталась в глазах хассаби прекрасной женщиной.
Поправила якобы растрепавшуюся прическу, пряча волнение. Я… я не понимала, что со мной происходит, а Лотеску стоял и улыбался. Губы дрогнули в ответной улыбке.
— Вы восхитительны! — повторил начальник.
Преодолев разделявшее нас расстояние, он вытащил царапавший кожу ценник и очень быстро, прежде чем успела среагировать, поцеловал.
Шумно вздохнув, приложила ладонь к губам. Наверное, поцелуй он иначе, страстно, вызывающе, отреагировала по-другому, благо укротила рвавшийся наружу сексуальный голод. Уж что-что, а давать отпор зарвавшимся мужчинам умела. Однако безнаказанным Лотеску не остался, напомнила о пункте трудового договора.
— Даже не думал, Магдалена, — предельно серьезно возразил он. — Вы не их тех женщин, которые становятся любовницами.
— А вы не из тех, кто женится на бесприданницах, — язвительно добавила я.
— Совершенно верно, — ничуть не обиделся начальник и вышел из примерочной. — Чисто дружеский поцелуй, больше ничего. Поторопитесь, мне нужно заехать за смокингом, ателье закрывается в семь.
Он скрылся в торговом зале, а я осталась стоять. Радостно и грустно одновременно, словно провожаешь сестру в другой город, знаешь, что ей там лучше, а все равно не по себе.
Ситуацию спасла продавщица, которая принесла туфли.
Так и быть, приму в подарок, не беспокойтесь, Эмиль Лотеску, отработаю каждый рхет. И не волнуйтесь, проблем не возникнет, мы оба знаем свое место, верно?
Покупка платьев и туфель лишь на первый взгляд казалась благотворительностью. Вернувшись в гостиницу, я трудилась, как пчелка: писала речь для Лотеску. Как всякому подобному мероприятию, приему предшествовала торжественная аудиенция, на которой предстояло выступить начальнику. Он трижды забраковал текст, но мы таки нашли удовлетворивший обоих вариант.
