– Так ведь у нас нет холодной, – ответил бармен, удивляясь тому, что гость сам не пришел к такому простому выводу. – Потому и льда нет. Это первое плавание, и в баре есть только горячая вода.
– Невероятно, – удрученно произнес Ларри. – Просто невероятно. Первое плавание… в носу зияет дыра, в оркестре играют семидесятилетние старцы, а в баре только горячая вода.
Тут в бар вошла наша мать в некотором замешательстве.
– Ларри, мне надо с тобой поговорить, – выдохнула она.
Он на нее внимательно посмотрел:
– Ты обнаружила в койке айсберг?
– У нас появился таракан. Марго бросила в него флакон одеколона, флакон разбился, и сейчас в каюте запах, как в парикмахерской. А таракану хоть бы что.
– Я рад, что у вас так весело, – сказал он. – Можешь отметить начало потрясающего путешествия жгучим узо.
– Я не пить пришла.
– Но наверняка не для того, чтобы мне рассказывать про наодеколоненного таракана? Твои истории своей эксцентричностью могут поспорить с греческими.
– Я пришла из-за Марго, – зашипела мать. – Она зашла сам знаешь куда, и дверь заклинило.
– «Сам знаешь куда» – это куда?
– В туалет. Ты меня прекрасно понял.
– И чего ты от меня ждешь? Я не слесарь.
– Она что, не может сама выбраться? – спросил Лесли.
– Не может. Дырочка наверху слишком маленькая, и внизу тоже.
– Хотя бы есть дырочки, – сказал Ларри. – В греческом туалете обычно не хватает воздуха, к тому же мы сможем через дырочки ее кормить во время путешествия.
– Не говори глупости, Ларри. Ты должен что-нибудь сделать.
– Попробуй бросить в щелку еще одну монетку, – посоветовал Лесли. – Иногда помогает.
– Уже пробовала, – сказала мать. – Я бросила лиру, но толку никакого.
– Греческий туалет принимает только драхмы, – объяснил ей Ларри. – Почему бы тебе не опустить банкноту в один фунт? Разница курсов будет в твою пользу.
– Будь так добр вызвать стюарда, который ее выпустит. Она там сидит уже бог знает сколько. Не торчать же ей там всю ночь. А если ударит локоть и потеряет сознание? С ней это часто случается.
Мать любила рисовать мрачные сценарии.
– Насколько мне известно, человек теряет сознание, как только входит в греческий туалет, – со знанием дела заявил Ларри. – Не надо даже ударять локоть.
– Ради бога,
Она привела нас в злополучный туалет. Лесли без лишних слов стал трясти дверь кабинки.
– Я здесь застрять! Я Англия! – возопила Марго. – Найдите стюарда.
– Да мы все знаем. Дурочка, это я! – прорычал Лесли.
– Уходи, это женский туалет, – приказала ему Марго.
– Ты хочешь отсюда выйти или нет? Тогда помолчи! – решительно окоротил он сестру.
Он повозился с дверью, тихо чертыхаясь, но все без толку.
– Дорогой, ты можешь не ругаться? Ты находишься в женском туалете, – напомнила ему мать.
– Там внутри должна быть маленькая ручка, которую надо потянуть на себя, – сказал он. – Вроде стержня.
– Я, что ли, не тянула?! – возмутилась Марго. – Чем, по-твоему, я занимаюсь уже битый час?
– Еще раз потяни, а я толкну.
– Тяну!
Лесли обрушился на дверь своим мощным плечом.
– Похоже на сериал с Пёрл Уайт[10], – сказал Ларри, потягивая остывший узо, который он предусмотрительно прихватил с собой. – Ты там поосторожнее, а то пробьешь в корабельном носу еще одну дыру.
– Бесполезно, – сказал Лесли, отдуваясь. – Прочная, зараза. Надо вызывать старшего стюарда или механика.
Он пошел на поиски.
– Вы не могли бы поторопиться, – взмолилась Марго. – Здесь так мрачно.
– Ты только не теряй сознание. – В голосе матери прозвучала тревога. – Старайся дышать ровно.
– И береги локти, – добавил Ларри.
– Ларри, зачем ты меня расстраиваешь? Можешь сделать что-нибудь разумное? – спросила мать.
– Принести горячий узо? Просунем его под дверь, – предложил он.
От гнева матери его спас Лесли, который привел с собой раздраженного и мрачного человечка кукольного вида.
– Именно женщины, – обратился он к матери и выразительно передернул плечами. – Всегда застревают. Сейчас я покажу. Это очень просто. Почему женщина не учится?
Он пару секунд повозился с замком, и дверь распахнулась.
– Слава богу, – выдохнула мать, увидев Марго живую и здоровую.
Но прежде чем она оказалась в объятиях домочадцев, человечек предостерегающе поднял руку.
– Назад! – скомандовал он. – Я вас учить.
Не успели мы вмешаться, как он запихнул Марго обратно в туалет и, зайдя следом, захлопнул дверь.
– Что вытворяет этот коротышка! Ларри, сделай же что-нибудь! – заверещала мать.
– Мама, успокойся. Он учит меня, – ответила Марго.
– Чему он тебя там учит? – совсем всполошилась мать.
Далее последовало зловещее молчание, прерываемое потоком греческих проклятий.
– Марго, выходи немедленно, – приказала не на шутку встревоженная мать.
– Я не могу, – заныла та. – Он запер нас обоих.
– Мерзкий тип. – Мать решила взять все под свой контроль. – Бей его, бей! А ты, Ларри, иди за капитаном.
– Теперь
– Сюда старшего стюарда! – взвыл коротышка. – Сюда стюарда, открыть дверь!
– И где его искать? – спросил Лесли.
