Не реагируя на перебранку, Рю подошла к каждому, коснулась кристаллов чернильным потоком духа, отчего свет выровнялся до приятно теплого. Красная сестра и лин успокоились.
Раздобыв воду на заднем дворе, четверка избавилась от большей части пыли.
Рюга чихала по нескольку раз в час. Кито прыгал по балкам на потолке, смахивая полчища молодых паучков, которые бежали по стенам как огонь по траве. После этого Мия решила таскать ведра и держаться подальше от комнаты, пока лин орудует метелкой. Рю мыла полы, снова и снова заставляла сестру одеть повязку на лицо, которую та стягивала, как только хотела вдохнуть поглубже.
Ночью Мия вышла в туалет. Заслышав шаги в коридоре, она спряталась за деревянной балкой и притихла. Шатаясь, в задние вошел покачивающийся силуэт. — «Это он!» — поняла Криста, когда увидела, что хоть и пьяный, мужчина шаг в шаг пробрался в свою комнату по следам, что она заметила днем.
Силуэт бесшумно открыл дверь.
На несколько секунд он задержался. Нос Мии защекотало, она едва успела чихнуть в ладоши, заляпав пол лица соплями. Когда она подняла голову, поняла — силуэт смотрит на нее. Девушка нырнула за деревянную сваю, застыла.
Чуть погодя она услышала, как раздвижная дверь захлопнулась.
Утром близнецы проснулись раньше всех, начали привычную тренировку. Гимнастика, которую красная сестра ненавидела, а белая заставляла выполнять. Несколько подходов силовых на перекладине, которой стала балка на крыше лоджии у входа в казармы. Парные техники. Спарринг.
Кито и Мия подключились почти через час.
— Не отлынивайте, — буркнула Рюга с тяжелой одышкой.
— Да, — согласилась Рю, — завтра встаем все вместе.
— Хорошо.
— Угу.
После тренировки все собрались в комнате и поняли, что еда закончилась.
— Тут есть столовая? — спросил Кито, — Кто-то видел?
— Может она в левом крыле? — Рю помогала сестре застегнуть броню.
— Думаешь, откроешь дверь и тебе подадут супчик? — заворчала Рюга, — Тут только мы, если еще не допер, нету в городе законников.
— А кто тогда был у ворот вчера днем? — спросила Мия.
— Казна Далай банкрот, — сказала Рю, — это было указано в задании, полагаю они были поставлены для вида.
— В любом случае нам нужно купить продуктов. — Лин помогал Кристе с новыми наплечниками.
— Давайте погуляем, каждый сам, — предложила Рюга.
«Вот уж плохая затея,» — подумали Кито и Мия, — «Она точно влипнет в неприятности».
— Не возражаю, — сказала Рю. — В полдень собираемся возле ратуши.
— Я пойду за овощами и поищу местную лавку с травами, — сказала Кито.
— Я с тобой. — Теперь Мия помогала лину закрепить нагрудник-пластину.
— Мяса купи, — шикнула Рюга.
— А я хочу поговорить с местными старейшинами в храме. — Рю отсчитала пять серебряных монет Кито. — А ты, куда пойдешь?
— Просто погуляю, — отмахнулась Рюга.
Троица поглядела на нее со скепсисом.
— Чего?.. Да ну вас.
— Э… эм… оставь топор, пожалуйста, — проговорил Кито.
— С чего бы? Ты же свою палку берешь!
— Он прав, нас еще не знают, давайте не пугать жителей, — сказала Рю.
— Согласна, — сказала Криста, — на нас и так подозрительно смотрели вчера… А еще в коридоре, ночью, там кто-то пришел…
Когда четверо вышли из комнаты, они начали красться по скрипучему полу, больше всех шум исходил от Рюги и меньше от Мии.
Храп.
Красная сестра бесцеремонно распахнула дверь. Волна хмельного угара обрушилась на квартет. Гонкай сморщилась. На полу в самом жутком бардаке, который четверка когда-либо видела, среди леса кувшинов из-под выпивки, под грязным одеялом, которым по четвергам точно лакомились мыши — валялся мужик.
Острая борода и жиденькие усы с растрепанными волосами, которые не мыли, наверное, пару месяцев. Глубокие морщины и несколько шрамов, перечеркивающих лицо, вдруг напряглись.
Мужик перевернулся, в полусознательном состоянии швырнул в голову красной сестры чашку. Попал точнехонько в лоб, на котором отпечатался кружок от донышка.
— Иди… те к черту-у-у, — пролебезил мужик, лег на спину.
— Я тебе урою скотина! — Рюга затопала к матрасу, чтобы отвесить пинок.
Троица потащила ее обратно, но шажок гонкай таки сумела сделать.
Щелкнули крючки, с боков вылетело четыре стрелы. Квартет дернул голову на хруст древа, в которое вонзились наконечники стальных болтов.
В этот момент мужик всплеснул рукой. Никто не заметил, как в темечко красной сестры, которая теперь с двойным усилием рвалась отвесить пинчище, летел кувшин. Звук разбитой посуды.
Рюга скрутилась валиком. Положила ладони на голову. Гонкай не проронила ни звука. Вокруг валялись черепки, а на красных волосах поблескивала брага.
Храп продолжился.
«Жалеть или тащить?! — подумала троица Шочиджи, когда они увидели вздутую вену на лбу, и услышали звериный рык, единогласно решили, — Тащить!»
Чтобы это сделать, пришлось применить дух.
Мия извинилась, поклонилась, задвинула дверцу и помогла волочь Рюгу.
На дворе у казарм щебетали птицы, солнце ослепляло.
— Урод! Я его прикончу! — вопила Рюга, когда ее выволокли на улицу.
— Ну все успокойся, — кряхтел Кито, — мы даже не знаем кто он!
— Это мы вторглись в его комнату, — сказала Рю.
Красная сестра поглядела на поросшую мхом плитку.