Морс без сил завалился на сиденье, оставшись укарауливать тачку, а я слегка пошатываясь, попытался догнать кирию Катерину. Дабы двери ей отворить. Поднялись мы в лифте на третий этаж и в "кибенет" какого-то менеджера среднего звена зарулили. Встретили нас там менеджер этот и ее поверенный в делах при переводчике. Встретили приветливо, ничего не скажешь, принялись напитками угощать и делать Катерине комплименты.
Показали бумаги, произвели среди нас разъяснительную работу, расставили над "i" все точечки, потом попросили меня рассчитаться и расписаться. Созвонились с моим российским банком, я сказал кодовую фразу, чем подтвердил трансфер. Отдал я банкирам карточку свою, повертели они ее, и так и сяк, и приборчику в щелку скормили. Приборчик мне передали и велели пин-код и сумму перевода набрать. Я и набрал. И кнопку Ентер надавил. Пискнул приборчик, и стал я обладателем,.. слушайте-слушайте и не говорите, что не слышали,.. вожделенной Цессны-208B, бортовой номер сякой-то. Вот и все. Сбылась мечта идиота. Как говорил великий Остап-Сулейман-Берта-Мария-Бендер-Бей. Теперь у меня есть личный самолет. И нету денег. На остатке 136600 евриков, с вычетом авиабилетов.
Уважаемые господа убедились, что трансферт прошел, стали нам с кирией Катериной руки целовать и пожимать, кому что полагается, не забыв при этом слупить с кирии 2 процента "за услугу". Кирия тут же сумму еще куда-то загнала, и осталось на ее счету, я в распечатке приметить успел, 16500 евров. Не густо. Кирия победно и дерзко, всеми тридцатью двумя, ухмыльнулась своему поверенному и, подавая мне руку, сказала господам на прощанье:
- Надеюсь, господа, на этом наши дела улажены. Все претензии ко мне сняты. Желаю здравствовать!
Сцапал я бумаги, нам положенные, и повел милую на выход. Прочь из этого гнезда чистогана. Прочь! Вниз на лифте не поехали, пешком пошли. На бельэтаж спустились, и тут я Катю придержал:
- Айн момент, майне фрау Катерина! Мне перевод сделать необходимо срочный. Я вчера немножечко нечаянно капельку наврал. Хочу немедленно исправиться. И к операционистке подошел. Вынул из кармана карточку с реквизитами получателя, и стал с ней взаимопонимания добиваться. Пяти минут не прошло, как все она поняла и с карточки моей на счет авиационного учебного центра в Эссене 6000 евро перевела. Вот и еще один шаг к цели. Вернул кредитку на место и обратно Катю за руку взял и вон повел.
Пока мы в банке том раскидывались деньгами, Монморанси оклемался, и горделиво восседая на водительском месте, улыбался прохожим. Прохожих это почему-то слегка напрягало, и они обходили 'мерсик', стараясь держаться на приличном расстоянии от Морсика.
- Ваши планы, Виталос, не изменились? Вы по-прежнему хотите посетить церковь?
- Да, Катенька-Катюша. Я думаю, это будет правильно. Я к нему, к Теодору то-есть, чувство признательности испытываю. В том числе и за то, что встретил тебя.
- Вы верующий, Виталос?
- Не совсем простой вопрос, Катенька-Катюша. Скорее агностик и скорее да, чем нет. Кто-то из наших патриархов в телевизионной проповеди сказал по-моему так : "Если ты веришь в добро, значит, ты веришь в бога". В добро я верю, крещен по православному обряду, как всякий нормальный православный атеист. Вот и суди сама.
- Не буду я тебя судить!
- А и не надо. Поехали свечку поставим, да помолимся за упокой души кириэ Теодора.
- Тогда я тебя в старинную церковь повезу, еще в византийские времена построенную. В храм святой Екатерины. Оценил? Пристегнулся? Поехали!
Ехать оказалось недалеко. Сразу за банком Катерина свернула на уютную тенистую улочку, обозвав ее "Тсимиски и Вензелоу" и помчалась по ней, спотыкаясь на светофорах. Проскочили справа от Министерства Северной Македонии, вот так вот, почтенного вида здание в стиле нашего обкома. И чуть погодя свернули налево на Олимпийскую. Ну, блин как из дома не уезжал. Катя живет на - ул. Восточная. Очень мило и просто. Мама моя жила на улице Широтной, которая пересекается с улицей Олимпийской. И Восточный проезд - тоже есть. С Олимпийской свернула на улицу Тасмадос, и через минуту припарковала машину у храма.
Да. Это не вчера построили, уж точно. Храм из красного кирпича, за века верами обточенного. Выглядел храм как-то простовато и одновременно величественно. Внушал, короче.
- Морс на месте, остальные за мной - скомандовала Катерина, и мы зашли в храм. На колени бухаться я не стал, свечку купил и у какого-то угодника прилепил. Насчет молитв всяких тоже не копенгаген, только и помню, что символ веры. Вот его и прочел полушепотом. И отсебятины добавил, мол, прими Господь Теодора Фокаиди в царствие свое. Земля ему пухом. И веришь - нет, легшее на душе стало. Ну и за свои дела, тоже случай не упустил, у Господа поклянчить. Оно, конечно, ОН подсуживает тому, кто и сам, сложа руки не сидит, но ведь подсуживает же.
Пока я халтурил, Катерина взялась за дело по-серьезному. Помолилась с толком и знанием программы и церкви деньжат подкинула. Ну и я не отстал. Тоже раскошелился на пару сотен. И вышли мы из храма как говориться "духовно возрожденные".
