Пара держалась «выше всех», имея широкий обзор, и была готовой первой устранить угрозу внезапного нападения, а также при необходимости поддержать «меч» или «щит».
Продуктом творческой мысли летчиков-интернационалистов была новая «организация» – шестерка истребителей с распределением функций, аналогичных для эскадрильи.
Этот опыт был впоследствии перенят и успешно использован сирийскими летчиками на МиГ-21 в октябрьской войне 1973 года на Ближнем Востоке.
Во время корейской войны боевые расчеты наземных командных пунктов стали полноправными участниками воздушного боя.
Решение на вылет эскадрильи обычно принимал командный пункт корпуса после обнаружения воздушного противника на пределе «видимости» наземных радиолокаторов, расположенных на своей территории.
Наблюдавший за обстановкой по экрану обзорной РЛС штурман наведения выводил истребителей на рубеж ввода в бой. Ведущему группы давалась сначала осведомительная, а затем – командная информация. Первая (о противнике) принималась к сведению, вторая исполнялась. КП стремился обеспечить МиГ-15 тактически выгодное положение перед установлением визуального контакта с «Сейбрами». Зрительно обнаружив «цель», ведущий принимал управление на себя. За КП оставалась функция оповещения.
Порядок ввода в бой зависел от расстановки сил противника и расстояния до него. «Сейбры» не подчинялись стандартам, меняли структуру построения в воздухе. Поэтому наивыгоднейший вариант «удар – прикрытие – наращивание усилий» мог оказаться проигрышным. Смена замысла должна была происходить мгновенно, ибо времени на раздумье не оставалось.
После вклинения в боевой порядок «Сейбров» бой распадался на звеньевые, а затем и парные схватки. Командир эскадрильи, занятый уже «своим» противником, не мог контролировать действия всех своих подчиненных.
Происходила преднамеренная децентрализация управления. Командиры звеньев получали самостоятельность – право принимать решения «по обстановке». Командный пункт оповещал о подходе резервов противника, следил за временем (остатком топлива) и мог выводить истребителей из боя. Для прикрытия отхода высылались дополнительные силы.
Важно заметить, что все командиры дивизий и большинство командиров полков МиГ-15 участвовали в Великой Отечественной войне, владели навыками оперативного руководства.
«Опыт не устаревает, он только переосмысливается и приспосабливается к конкретным условиям», – писал прославленный ас А.И. Покрышкин.
А.И. Покрышкин
Для переосмысливания тактики не потребовалось больших усилий. Построение эскадрильи «этажеркой» было заимствовано из сражения на Кубани в 1943 году, не изменились и функции групп, входивших в него. Прежними остались принципы группового боя.
Успех летчиков, воевавших на реактивных МиГ-15, определяли: техника, возможности которой полностью соответствовали условиям боевых действий; максимальное использование сильных сторон своего оружия; рациональная тактика (теория и практика боя); налаженное взаимодействие, умение командиров распоряжаться в воздухе вверенными им ресурсами.
Необходимо сказать и о причинах боевых потерь. Отметим, что из 335 сбитых МиГов большой процент (более половины) – это случаи, когда летчики благополучно покидали поврежденный (потерявший управление) самолет. Почти все они возвращались в строй и с почтением отзывались о надежности и простоте системы катапультирования МиГ-15.
Большая доля понесенных потерь – на посадке. Аэродромы первой линии (Аньдун, Дапу, Мяогоу) располагались близко к морю, а со стороны моря МиГам заходить запрещалось. Вот там и сосредоточивались «Сейбры» со специальным заданием: атаковать МиГов над аэродромом. На посадочной прямой самолет находился с выпущенными шасси и закрылками, т. е. не был готов отразить атаку или уклониться от нее. Качества техники и уровень подготовки летчика в этой ситуации теряли свою роль.
Большинство сбитых непосредственно в боях – это одиночки, «оторвавшиеся от строя» и лишенные поддержки. Статистика свидетельствует, что половина потерь летного состава понесена в первых десяти боевых вылетах. Выживаемость, таким образом, тесно связана с наличием опыта.
Внимательное отношение к опыту, заимствование из него всего полезного, не потерявшего актуальности, – отличительная черта боевой деятельности наших истребителей в Корее.
Уже больше полусотни лет прошло с тех пор, как отгремела война на Корейском полуострове, в то время засекреченная, а ныне почти забытая. Стираются в памяти события, уходят из жизни ветераны боев. Другие потрясения в жизни страны заслоняют эти события. Но иногда происходят случайные встречи, которые неожиданно возвращают нас в далекое прошлое…
