— А скажи мне честно, Жак. — «Сьюзен» обняла «Виктора» и тесней прижалась к нему. — Это было действительно служебное задание или нечто большее? Когда я зондировала ее в Париже, она сказала, что у тебя к ней неземная любовь… Это действительно так?
Он помолчал и попытался отстраниться, но она не отпустила.
— Зачем препарировать такие вещи? Я же не расспрашиваю про все твои связи: какие были служебными, какие — нет, что ты чувствовала в тех и других? — В его голосе прозвучали нотки недовольства.
— Значит, нечто большее! — Она выпила, закусила оливкой, посмаковала вкус, встала и вернулась на свое место. — Я чувствовала, что ты в нее влюблен. Ты отпустил русскую шпионку, которая лишила Францию алмазных залежей в Борсхане, ты помог ей отомстить за убитого отца… Кстати, если помнишь, то это при моем активном содействии Афолаби и Бонгани были повешены на расклевывание грифам… Ты не говорил, но я знаю, что ты послал ей ограненные бриллианты — три штуки… А мне только показывал их!
— И что?! — «Виктор» повысил голос.
— Ничего. Но получается, ты отдавал дань прошлому, а не будущему! А идущий человек должен смотреть вперед, но не назад! Иначе он может угодить в яму…
— Ты мне угрожаешь?! Мы вместе рыскали по Борсхане, среди диких племен, она участвовала в опасных обрядах! К тому же она спасла мне жизнь!
— Я и не думала угрожать! — «Сьюзен» выставила ладони, то ли успокаивая супруга, то ли показывая, что «Вальтера» в них нет. — Просто удивительно: когда я начинала работать с этой… Кирой Быстровой, она была самой обыкновенной провинциальной девушкой! Конечно, ее победа на Бале Цветов была организована DRM, и Афолаби начинал за ней ухаживать из деловых соображений… Но потом он в нее влюбился и даже хотел жениться! Мировой алмазный магнат — на девушке с картонажной фабрики Тиходонска! Он даже сорвал план группы американских дельцов, который сулил миллиардную прибыль! Всего-то и надо было взорвать вертолет с экспедицией ООН, и это никого не смущало! Но в нем летела Кира Быстрова! И Афолаби сказал, что ему плевать на миллиарды, когда речь идет о его личных желаниях!
— Зачем ты мне это рассказываешь? Я слушал запись из «Райской кухни» и сам все знаю!
Но «Сьюзен», пропустив его слова мимо ушей, невозмутимо продолжила:
— И его приятель, шейх Нефтяного Королевства Ахмед бен Касим оказался к ней неравнодушен, хотя скрывал это, но заинтересованность и ревность проявились, когда они заключили очень, очень крупное пари на нее. Может, там был какой-то скрытый бизнес-интерес, но у тебя-то ничего такого не было, а ты тоже в нее влюбился! Я чувствую себя Пигмалионом! Знаешь, кто такой Пигмалион?
— Конечно! — кивнул Виктор, наполняя бокалы. — Он оживил мраморную статую. Но тут происходило наоборот: Афолаби нанял скульпторов мирового уровня, они сделали статую Киры, и он воздвиг ее в своем поместье в Ницце!
«Сьюзен» приложила ладони к раскрасневшимся щекам.
— Этого я не знала. Впрочем, согласись — это я сотворила оригинал!
— Да. Но из качественного и перспективного материала…
— Тогда почему на моем месте не сидит она?
— Потому что мы с ней разные. И интересы у нас с самого начала были противоположными. Даже в доверительных беседах она отрицала причастность к разведке. И я ей даже, признаюсь, поверил…
— Ничего удивительного: человек не верит в то, что видит, он видит то, во что верит… Значит, она тебя окрутила не на шутку!
«Виктор» вздохнул.
— Но доверие — как девственность: потерянное не восстанавливается.
«Сьюзен» рассмеялась.
— Похоже, ты не слышал про гименопластику!
— Не слышал. Но, хотя мы расставались с сожалением, оба понимали, что наш брак был обречен. А я с тобой — одной крови. Потому и живем вместе уже больше трех лет. Для каждого из нас это рекорд!
— И ты не жалеешь?
— Профессионалы ни о чем не жалеют… А вообще, о чем мы говорим? Начали с возможности расшифровки, а кончили… Ты что, ревнуешь?
— Может быть, самую малость. И это для меня новое чувство.
«Виктор» улыбнулся.
— Тогда меняем тему. Надеюсь, я убедил тебя, что нам нечего опасаться?
— Почти. Однако могут быть совершенно неожиданные случайности, — заметила «Сьюзен». — Ведь ты-то знаешь, какова роль непредсказуемости в нашей работе…
— Но теория вероятности говорит, что шансы любой случайности крайне малы, — уточнил «Виктор».
— Наверное. Когда я ехала на ферму за сыром, я тоже не думала, что придется стрелять!
— Да еще четыре раза! — супруг мрачно кивнул. — Это, конечно, привлечет пристальное внимание!
Он оказался прав. Уже в восемь часов следующего дня начальник полиции Герман Бауэр проводил совещание со своими заместителями. Генри Джонсон курировал патрульную службу, а Роберто Коста — детективов и дознавателей. Конечно, обсуждали вчерашние события, равных которым на Южном острове не было уже много лет.
