Пин-код для Золушки полностью

— Обед в «Райской кухне» помнишь? Кому ты продал запись? За сколько?

— При чем здесь это?! Коли скорей!

— Хочешь получить укол — быстро отвечай! Через полчаса сыворотка уже не подействует!

— Быстрей давай! Быстрей! Я записал разговор, да. Это нарушение правил. И продал флешку газетчикам за сто тысяч. Ну и что?

Хафиз-Мадиба все понял. Безобидную запись за сто тысяч евро никто покупать не будет! Значит, он на правильном пути!

— Да то, что из-за этого разговора убили моего хозяина, господина Афолаби! И я дал обет отомстить за него, — сдвинув брови, сказал бывший Мадиба Окпара, а ныне Хафиз. Но он чувствовал себя как Мадиба Окпара, а другое имя ощущалось словно наброшенный маскировочный комбинезон, позволяющий избегнуть огня противника или поднятие тревоги раньше, чем это можно допустить.

— При чем здесь я? Я сделал небольшой бизнес, продал маленькую красную флешку. Все делают бизнес. И никому это не мешает… Давай укол…

Юнуса трясло — то ли от нервов, то ли от яда.

— О чем вы говорили? Что мог сказать мой хозяин такого, за что его подвергли мучительной казни? — наседал Мадиба Окпара.

— Да ничего особенного… Мы говорили о том, что хорошо бы заменить президента Кинизела Бело на более современного и европеизированного человека… Мне холодно… Где у тебя сыворотка?

— И что?

— Ничего. Намекали, что нам вполне бы подошел господин Афолаби. А он уклонялся от ответа и ничего конкретного не сказал! Где шприц?!

«Нет, от него подробностей не добьешься, надо слушать запись…»

— У тебя есть копия этой записи?

— Конечно. Разве кто-то продает подлинник, не оставив копии?

— Ты должен отдать ее мне.

— Хорошо, я отдам. Но уколи мне противозмеиную сыворотку!

— Когда отдашь?

— Приедем в Америку, тут же вышлю по почте.

— Тогда и я пришлю сыворотку по почте.

— Говорю же, у меня ее нет! Она в банке, в сейфе! Но сделай укол, сколько можно тянуть? Время проходит. — У Юнуса уже начал заплетаться язык.

— Время пройдет, если ты не скажешь мне все, чего я хочу, — настаивал Окпара. — Кому ты продал флешку?

— У него много имен. Я знаю его как Жермена. Высокий, сильный. У него квадратная челюсть, прищуренные глаза, резко выраженные носогубные морщины, маленькие остроконечные уши. Небрежно одевается, похож на клошара, ездит на старой «Ауди». Хотя деньги у него есть… Все, коли скорее!

— Где он живет?

— Да не знаю, мы с ним встречались в Онфлере, на берегу Ла-Манша. А один раз в Париже, кафе «Нотр-Дам» сразу за собором… Там он назывался Анри и впаривал лохам фальшивые виды на жительство…

— А как ты думаешь, он оставил себе копию?

— Сто процентов оставил. Либо как страховку, либо как возможность продать второй раз, когда можно будет не опасаться мести… Ну, уколи же скорее! — Юнус говорил уже медленно и вяло. Чувствовалось, что жить ему осталось совсем немного.

— Когда берешься за такую работу — глупо надеяться, что тебе не будут мстить, сколько бы лет ни прошло, — сказал Мадиба.

— К чему ненужные разговоры? Сделай мне укол. Я не собираюсь ждать, пока истечет время…

— Оно уже истекло, — Мадиба посмотрел на часы.

— Ну? Сколько прошло?

— Всего-навсего семь минут. Осталось минута-две…

Юнус вскинулся, было видно, что из последних сил.

— Так делай укол!

— Чем? От яда гейхи нет противоядия!

— Что ж ты, гад! — воскликнул Юнус и попытался вскочить, но тут же упал обратно на подушки. Глаза его закатились.

— Готов! — сказал Галиб.

— Пойдем доложим! — кивнул Хафиз. Он снова был старательным начальником охраны шейха Ахмеда.

Они вернулись к пирующим. Шейх и Махид встретили их ожидающими взглядами.

— Ну, что там случилось?

— Юнуса укусила змея. Гейхо. Он умер.

— Что?! — вскинулись американцы.

— Это они ему змею подложили! — заметил Мак, в упор рассматривая вождя. Арнольд кивнул и положил на колени сжатые кулаки, каждый размером с кокосовый орех.

— Мы ни при чем, такова воля Великого Духа, о которой я предупреждал, — спокойно ответил вождь. — Я простил нашего гостя, а Великий Дух — нет! Но в случившемся нет нашей злой воли! А если кто не верит…

— То что?! — набычился Мак.

— Пройдем испытание, — так же спокойно сказал Махид. — В кувшин с эфой мы по очереди сунем руки. Эфы очень чувствительны ко лжи и никогда не ошибаются… Кто прав, тот останется жив!

— Еще этого не хватало! — выругался Арнольд. — Хватит с нас змей! Да и вообще всего хватит! Забираем Юджина и возвращаемся!

Через час «Звезда Африки» взлетел и взял курс на Халялью. Юнуса обложили льдом из бара, завернули в брезент и положили в кладовку. Он выиграл спор и добился своего, заставив шейха улететь. Только получить честно выигранные десять тысяч долларов возможности не имел.