— Но это же сказки! Какая самостоятельность у народа маори? Какой суверенитет? Какая автономия юрисдикции? Это же просто политические игры. Правительство изображает, что народ маори живет совсем не так, как живут американские индейцы. Но, по крайней мере, в Америке индейцы не тешат себя мыслью, что они пользуются юрисдикцией своих резерваций, и не надеются на их суверенитет!
— Ладно, посмотрим, — сказал Энтони. Настроение у него улучшилось, тем более что огни фар в зеркале не появлялись.
— Наверное, они догадались, куда мы свернули, и отстали, — высказал он робкую надежду. — Враги всегда избегали боев с маори…
— Вряд ли, — ответила Оливия. — В конце концов, сейчас двадцать первый век, и нас преследует власть Острова. Реальная власть!
Она оказалась права: фары пропадали из-за поворотов дороги, и когда вышли на длинный прямой участок — появились вновь, причем гораздо ближе. И шли машины преследователей на приличной скорости, как будто темнота им не мешала.
— Похоже, у них «ночники», — сказал Уоллес.
— Наверняка есть и ночные прицелы, — кивнула Оливия. — Надеюсь, они не станут стрелять…
Но ее надежды не оправдались. Через несколько минут деликатный рев мощных моторов перекрыл грубый металлический голос из динамиков, которыми оборудуются все автомобили специального назначения:
— Энтони и Оливия Уоллес, немедленно остановитесь! Приказываю сбавить скорость, остановиться и выйти из машины с поднятыми руками!
— Сколько еще до границы? — спросила Оливия. Судя по тону, ее сарказм пропал, и теперь она действительно надеется найти защиту в землях маори. Ничего удивительного — человеку свойственно надеяться на лучшее, и чем хуже ситуация, тем сильнее эта вера…
— Не знаю. Ориентиров ведь нет…
Тони попытался увеличить ту скорость, которую он определил как безопасную для ночного буша, до максимально возможной и менее опасной, чем приближающийся захват. Стрелка спидометра качнулась на несколько делений вправо, но положения это не изменило: чужие фары не стали отставать, скорее продолжали приближаться.
— Уоллесы, вы противодействуете службе безопасности! Это дает нам право применять оружие! Приказываю немедленно остановиться! — снова загремел стальной голос, сминая царящую вокруг тишину и ломая обычный распорядок животных, ведущих преимущественно ночную жизнь.
— Что будем делать? — спросила Оливия, доставая свой «вальтер».
— Не знаю. Но останавливаться нельзя…
— Может, скроемся в кустах? Или пешком выйдем к границе? Нас же должны встречать…
— Должны… Но лучше, если нас встретят живыми! Не бойся, они не рискнут открыть огонь, — процедил Энтони, пытаясь еще больше разогнать машину.
Но его слова опровергли раздавшийся сзади выстрел и фонтанчик рикошета, взметнувшийся впереди и левее.
— По колесам целятся! — выругался он. — Хрен попадут!
— Тогда начнут стрелять по кабине, — сказала опытная «Сьюзен», и «Виктор» знал, что она права.
Но супруги Уоллес, не обращая ни на что внимания, продолжали мчаться вперед, так как другого выхода у них не было. Но конец неумолимо приближался вместе с надвигающимися фарами как минимум трех машин. Даже если остановиться и оказать сопротивление, то бой будет скоротечным…
Раздался треск лопнувшего заднего стекла, свистнул пролетающий через кабину шмель, и тут же появилась дырочка в лобовом стекле…
Энтони выругался. Оливия тоже.
— Чуть не по волосам прошла! — воскликнула она. — Я почувствовала волну воздуха у виска!
— Хорошо, что только воздуха! — в своей обычной сегодняшней манере процедил сквозь зубы Энтони.
Оба понимали, к чему идет дело. С двухсот метров расстрелять уходящую машину для профессионалов не составит большого труда. Да и труда вообще.
— Останавливайтесь! Приказываю остановиться! — в очередной раз загремел металлический голос, и кроме супругов Уоллес его услышали стоящие на обочине люди, на несколько секунд освещенные фарами и промелькнувшие мимо. Это были маори, но в обычной одежде, без всяких ритуальных головных уборов и экзотических национальных нарядов. В руках они держали отнюдь не боевые весла, а ружья. Тони даже показалось, что он увидел и несколько автоматов, хотя автоматическое оружие запрещалось иметь маори, да и другим гражданским лицам…
Когда «Вранглер» миновал их, маори бросили на дорогу несколько бревен и скрылись в кустах. Для преследователей это стало большой неожиданностью. Конечно, инфракрасные очки позволяют ориентироваться на ночном шоссе, но бревна на дороге и так легко увидеть в свете фар. При этом увидеть их гораздо легче, чем затормозить, когда мчишься на предельной скорости… Строй эскорта сломался: головная машина начала сбавлять скорость, следующие за ней стали резко тормозить, при этом третья врезалась во вторую и обе улетели в кусты, а первая все же не сумела остановиться и, хотя потеряла скорость, довольно сильно врезалась в бревно…
