Но я удержалась от этого. Вместо этого я старалась не попадаться ей на глаза, пряталась за колонной в храме, скрывалась в глубине пруда, когда она смотрела на него, таилась в темноте ее новой спальни, которую она спокойно рассматривала, ошибочно полагая, что во сне ей никто не помешает. Она выглянула из окна и увидела соловья на ветке камфорного дерева и цветущие лотосы. Цзе взяла зеркальце, подаренное ей свекровью, и улыбнулась своему отражению. Во сне она была намного красивее, чем при свете дня. Она села на краю кровати, повернувшись спиной к спящему мужу. Даже во сне ей не хотелось посмотреть или коснуться его. И тут я поняла, что она разглядывает. Она не отводила взгляда от лежащей на столе «Пионовой беседки».
Я поборола желание выйти из темноты, зная, что проявленное благоразумие сослужит мне в дальнейшем хорошую службу. Я напряженно думала. Что мне сделать, чтобы привлечь ее внимание, но не слишком напугать? Мне удалось придумать легкий и невинный способ. Неподвижно стоя там, где я пряталась, я тихонько выдохнула, послав воздух в направлении Цзе. Мое дыхание было нежным и легким, но оно пролетело через комнату и коснулось ее щеки. Она коснулась пальцами своей щеки, где мое дыхание поцеловало ее кожу. Я улыбнулась в темноте. Мне удалось привлечь ее внимание, но, сделав это, я поняла, что продолжать следует с большой осторожностью.
— Отправляйся домой. Просыпайся. Возьми книгу. Ты знаешь, какую страницу ты должна прочитать, — четко произнесла я. Не было слышно ни звука, только мое дыхание опять поплыло через комнату к Цзе. Когда мои слова окружили ее, она вздрогнула всем телом.
Тем временем в мире людей Цзе стала метаться на кровати, а затем резко села. Ее лицо увлажнилось от пота, а обнаженное тело непроизвольно дрожало. Кажется, она не понимала, где находится, и ее глаза шарили в темноте, пока она не увидела мужа. Мне показалось, что она отпрянула от удивления и смятения. Секунду она сидела совершенно тихо, возможно, боясь того, что он проснется. Затем она как можно тише и медленнее выскользнула из кровати. Ее перебинтованные ноги не позволяли ей держаться прямо, и бледное тело в красных свадебных туфельках дрожало от усилий. Она подошла к свадебным одеждам, лежащим кучей на полу, подняла тунику, надела ее, а затем обхватила себя руками, словно для того, чтобы скрыть наготу.
Покачиваясь, она подошла к столу, села и придвинула к себе свадебные свечи. Цзе смотрела на обложку «Пионовой беседки» и, возможно, думала о своем прерванном сне. Затем она открыла книгу и пролистала страницы. Найдя подсказанную мной страницу, она увлажнила бумагу своими нежными пальцами, еще раз взглянула на Жэня, а затем беззвучно прошептала написанные мной слова:
Я была незамужней девушкой и мне сложно сказать, откуда я все это узнала, но это были мои слова и мысли, и теперь я верила в них еще сильнее, чем раньше.
Цзе вздрогнула, закрыла книгу и задула свечу. Она закрыла лицо руками и заплакала. Бедная девочка. Она была испугана. Ей не хватало ума и знаний, чтобы понять, как доставить удовольствие себе и своему мужу. Пройдет время — а у меня не было ничего, кроме времени, — и я буду с ней еще смелее, чем сегодня.
«Книга ритуалов» учит нас, что предназначение брака состоит в рождении сына, который будет кормить родителей и заботиться о них, когда они уйдут в загробный мир. Никто, кроме него, не сможет выполнить эту обязанность. Брак также нужен для того, чтобы соединить две семьи и увеличить их благосостояние благодаря обмену выкупа за невесту и приданого. Он также помогает установить взаимовыгодные связи. Но в «Пионовой беседке» говорится совсем о другом: о тяге к человеку другого пола и физической страсти. Линян была застенчивой девушкой, но благодаря любви она расцветает, а став призраком, становится откровенной и чувственной. Она умерла девственницей и унесла с собой в могилу неутоленное желание.
