«Всего,— говорится в справке о деятельности бригады имени К. К. Рокоссовского,— нанесено противнику потерь в живой силе в количестве 11173 человека, сбито три самолета, уничтожено 1100 голов скота противника, 818 винтовок, 122 автомата, 10 минометов, 6 пушек и 647 кг тола».
Что и говорить, это был ошутимый удар по врагу. Убитые фашисты исчислялись тысячами, а личный состав бригады к моменту ее соединения с Красной Армией, то есть к 3 июля 1944 года, составлял 915 человек, из которых 74 были женщины. Во всех отрядах насчитывалось 142 коммуниста и 226 комсомольцев. В бригаде воевали белорусы, русские, украинцы, поляки, евреи, татары, узбеки, грузины и представители других национальностей. Это был поистине интернациональный монолит, закаленный в противостоянии коричневой чуме.
Комиссар бригады гордился боевой деятельностью своих подопечных. Среди них были десятки и сотни истинных храбрецов и героев. Со многими из них он участвовал в боях, операциях и засадах. Он видел, как быстро растут мастерство и военные навыки партизан. Стало правилом громить врага в пять, а то и в десять раз превосходящего силами. Партизаны становились грозной силой в тылу противника. Фашисты уже не могли выходить группой, меньше роты, за пределы своих гарнизонов. Они, находясь в постоянном страхе, были морально и психологически подавлены. Исход войны шел не в пользу Германии, войска которой терпели поражение от Красной Армии и отступали на запад. Расширялись и районы, контролируемые партизанами. Кое-где им становилось уже тесно. Так, в Россонском районе дислоцировались бригады им. К. К. Рокоссовского, 1-я Дриссенская бригада, им. М. В. Фрунзе, 2-я Дриссенская бригада, 3-я Белорусская бригада, бригада им. С. М. Короткина, Россонская бригада им. И. В. Сталина, бригада «Неуловимые» и отряды трех бригад и соединений.
Скопление не небольшой территории такого большого количества формирований затрудняло их оперативные действия против оккупантов, уменьшало базу снабжения хлебом и другим продовольствием, снижало эффективность политической работы с населением, подвергало его опасности со стороны вражеских бомбардировщиков. Резко сужалась зона боевой деятельности отдельных отрядов.
Ввиду этого было решено перебазировать ряд формирований в западные районы Белоруссии. Бригада имени К. К. Рокоссовского получила приказ о передислокации в Вилейскую область.
«Началась усиленная подготовка,— рассказывается в документах бригады,— производство и ремонт обуви и одежды, заготовка продовольствия на дорогу и укомплектование боеприпасами и оружием. Хозчасть бригады сразу превратилась в комбинат местной промышленности: работали скорняжная, колбасная, сапожная, швейная мастерские, маслобойня и сыроварня, мастерская по ремонту оружия. Здесь же дубились и выделывались кожи, делалась колбаса, для чего было зарезано более 30 коров.
Надо было на дорогу снабдить каждого партизана. Делались сыры и консервированные творожники, сливочное масло и сухари.
В течение двух месяцев личный состав бригады был обут и одет. Было произведено 500 кг колбасы, 300 кг сыра и сливочного масла, свыше 2 тонн сухарей. Отряды были полностью экипированы и готовы к маршу. Оставалось нажать на учебу, подготовить людей к действиям на марше, форсированию железной дороги и Западной Двины».
… С раннего утра до позднего вечера, а иногда и ночью проводились тактические занятия с полной выкладкой маршевого груза. Люди тренировались в быстрой разборке построек, низке плотов, переправах через водные рубежи, изучали технику встречного боя и обороны переправы. При проверке выяснилось, что люди неплохо усвоили свои обязанности от рядового партизана до командира отряда и довели время постройки плотов до 20 минут. В заключение всего была проведена учебная тревога, которая показала полную готовность к выходу. 23 июня был дан приказ на выход. С 00 часов до полуночи отряды согласно приказу начали сниматься со своих районов дислокации и походным порядком двигались к месту сосредоточения: опушке леса западнее д. Маторино.
Штаб бригады, отряд им. Н. А. Щорса и бригадная разведка выходили последними — на рассвете».
По изрытой партизанским транспортом дороге проходил отряд за отрядом. За ними двигались длинные обозы с боеприпасами и продовольствием, минометами и другим грузом.
Высокую худощавую фигуру Машерова можно было видеть то в одном, то в другом отряде. Своим бодрым и уверенным голосом он подбадривал бойцов и командиров.
— Пока спокойно перекладывайте вещмешки на повозки,— предлагал комиссар в одном месте,— спины еще успеем утомить и ноги натереть.
— Станковые пулеметы тоже можно везти,— соглашался он в другом месте,— но при непременном условии, что пулеметчики должны идти рядом.
— А женщин вместо пулеметов нельзя подвезти? — улыбался молодой партизан, идя рядом с двумя девушками.
— Такой молодец мог бы и на своих плечах поднести,— не остался в долгу Машеров.
— Надорвусь, товарищ комиссар,— продолжал шутить юноша.— Они же сами потом заплачут. Ведь умру с таким грузом.
