Пир с драконами полностью

Вонючка прошел мимо гниющего трупа лошади с торчащей в шее стрелой. При его приближении в её пустую глазницу скользнула длинная белая змея. За лошадью он заметил всадника, вернее то, что от него осталось. Лицо трупа склевали вороны, а дикие собаки, забравшись под кольчугу, сожрали внутренности. Дальше лежало ещё одно тело. Его уже почти засосало в трясину, и на поверхности виднелись только лицо и пальцы.

Чем ближе он подходил к башням, тем больше становилось трупов. Сквозь их зияющие раны проросли кровоцветы — бледные, с мясистыми и влажными, как женские губы, лепестками цветы.

«В гарнизоне ни за что меня не узнают». Кто-то, возможно, и вспомнил бы юношу, которым он был, пока не узнал своё имя, но Вонючка им незнаком. Он уже давно не смотрелся в зеркало, но догадывался, что выглядит стариком. Большинство его волос выпало, а те, что остались, поседели и стали жесткими и сухими, как солома. Подземелья ослабили его, превратив в старуху, и такую тощую, что сильный порыв ветра мог сбить его с ног.

А его руки… Рамси дал ему прекрасные перчатки из чёрной кожи, мягкие и эластичные. Там, где недоставало пальцев, их набили шерстью, но, приглядевшись к ним повнимательнее, можно было заметить, что три пальца не сгибаются.

— Стой! — прокричал голос. — Чего тебе надо?

— Поговорить. — Вонючка подстегнул лошадь, размахивая мирным знаменем так, чтобы его точно заметили.

— Я пришел без оружия.

Ответа не последовало. Он догадывался, что сейчас внутри железнорождённые обсуждают, впустить ли его или нашпиговать его стрелами. «Всё равно». Быстрая смерть здесь будет в сотню раз лучше, чем возвращение к лорду Рамси с пустыми руками.

Наконец дверь сторожки открылась.

— Давай!

Вонючка поворачивался на звук голоса, когда рядом просвистела стрела. Она прилетела откуда-то справа, где лежали обломки наружной стены, наполовину поглощённые трясиной. Древко прошило полотнище в футе от его лица. От испуга он выронил знамя и вывалился из седла.

— Сюда, — закричал голос. — Скорее, дурень, скорее!

Вонючка взбирался по ступенькам на четвереньках, когда над его головой пролетела другая стрела. Кто-то схватил его и втащил внутрь, и Вонючка услышал, как захлопнулась дверь. Его поставили на ноги, толкнули к стене и приставили нож горлу. Бородатый мужчина стоял так близко, что Вонючка мог сосчитать волоски у него в носу.

— Кто ты? Зачем пришел? Отвечай быстро, не то я сделаю с тобой то же, что и с ним.

Стражник кивнул в сторону позеленевшего и кишащего червями тела, гниющего у двери.

— Я железнорождённый, — солгал Вонючка. Юноша, которым он был прежде, в самом деле, был железнорождённым, но Вонючка появился на свет в подземельях Дредфорта. — Посмотри на мое лицо. Я сын лорда Бейлона. Ваш принц.

Он хотел назвать имя, но слова застряли у него в горле. «Вонючка. Я Вонючка, Вонючка-канючка». Ему придётся ненадолго об этом забыть. Никто не сдастся такому ничтожеству, как Вонючка, даже в самом отчаянном положении. Он должен притвориться, что снова стал принцем.

Захвативший его мужчина, прищурившись, взглянул на его лицо, а затем, обнажив коричневые зубы, подозрительно скривил рот, из которого разило элем и луком.

— Сыновья лорда Бейлона убиты.

— Мои братья. Не я. Лорд Рамси взял меня в плен после Винтерфелла. Он послал меня сюда, чтобы поговорить с вами. Вы здесь командуете?

— Я? — Мужчина опустил нож и отступил, едва не споткнувшись о тело. — Нет, м'лорд.

Видневшаяся из под его ржавой кольчуги кожаная рубаха уже начала гнить, а на тыльной стороне руки кровоточила открытая рана.

— Капитан назначил командиром Ральфа Кеннинга. Я лишь сторожу дверь, вот и все.

— А это кто?

Вонючка пнул тело.

Стражник уставился на мертвеца, словно видел его в первый раз.

— Он… он пил воду. Мне пришлось перерезать ему горло, чтобы перестал кричать. Больной живот. Воду пить нельзя, поэтому мы запаслись элем.

Стражник потер лицо с красными, воспаленными глазами.

— Раньше мы складывали трупы в подвалах. Все погреба затопило. Никто не хочет возиться с мертвецами, вот они и лежат там, где померли.

— Подвал — лучшее место для мертвых. Отдайте их воде. Утонувшему Богу.

Мужчина расхохотался.

— Там внизу нет богов, м'лорд. Только крысы и водяные змеи. Белые твари, толщиной с вашу ногу. Иногда они заползают по ступеням и кусают спящих.

Вонючка вспомнил подземелья Дредфорта, крысу, извивающуюся в зубах, вкус тёплой крови на губах. «Если я не справлюсь, Рамси пошлет меня обратно, только сначала сдерет кожу еще с одного пальца».

— Сколько людей осталось в гарнизоне?

— Немного, — ответил железнорождённый. — Я не знаю. Меньше, чем раньше. Думаю, кто-то ещё есть в Пьяной башне, но не в Детской. Дагон Кодд ходил туда пару дней назад и сказал, что осталось только двое, да и те ели мертвецов. Не поверите, но он обоих убил.