Пир с драконами полностью

— Ваше величество, — произнёс сир Барристан, — в переулке, где его нашли, была нарисована гарпия…

— …его собственной кровью. — Дейенерис уже догадалась, что произошло. Дети Гарпии по ночам устраивали резню и возле каждой жертвы оставляли свой знак. — Серый Червь, почему он оказался один? У него не было напарника? — По её приказу Безупречные ночью патрулировали город всегда парами.

— Моя королева, — ответил капитан, — ваш слуга Храбрый Щит прошлой ночью не дежурил. Он шёл… в одно место… выпить… в компании.

— Место? Что за место?

— Дом наслаждения, ваше величество.

«Бордель».

Половина освобождённых ею людей были из Юнкая, где Мудрые господа славились своими постельными рабами. «Путь семи вздохов». Не удивительно, что бордели появлялись в Миэрине как грибы после дождя. «Это единственное, что они умеют, и им приходится бороться за жизнь». Цены на продукты росли с каждым днём, а плотские утехи дешевели. Она знала, что в самых бедных кварталах между ступенчатыми пирамидами миэринской знати располагались бордели на любой вкус.

«Даже если так…»

— Не понимаю, что евнух делал в борделе?

— Ваше величество, даже тот, кому недостает мужских частей, в душе остаётся мужчиной, — ответил Серый Червь. — Вашему слуге сказали, что Храбрый Щит иногда платил женщинам из борделя, чтобы те возлежали с ним и держали его в объятьях.

«Кровь дракона не плачет».

— Храбрый Щит, — повторила она, сдержав слёзы. — Так его звали?

— Если так угодно вашему величеству.

— Хорошее имя. — Добрые господа Астапора не позволяли своим рабам-солдатам иметь даже имена. После освобождения некоторые из её Безупречных вернули себе имена, данные им при рождении, а остальные придумали новые. — Известно, сколько человек напали на Храброго Щита?

— Ваш слуга не знает… много.

— Шесть или больше, — сказал сир Барристан. — Судя по ранам, атаковали со всех сторон. Его нашли с пустыми ножнами. Возможно, он успел кого-то ранить.

Дени про себя молилась, чтобы кто-то из убийц умирал прямо сейчас, корчась от боли и вцепившись в живот.

— Зачем ему так разрезали щёки?

— Милостивая королева, — сказал Серый Червь, — в горло Храброго Щита убийцы затолкали половые органы козла. Ваш слуга убрал их перед тем, как принести тело сюда.

«Они не могли скормить ему его собственные гениталии. В Астапоре ему не оставили ни ствола, ни корня».

— А Дети Гарпии осмелели, — сказала Дени. До сих пор убийцы ограничивались нападениями на безоружных освобождённых жителей, подстерегая тех на улицах или вламываясь по ночам к ним в дома, чтобы зарезать в постели.

— Это первый из моих солдат, убитый ими.

— Первый, но не последний, — предупредил сир Барристан.

«Война не кончилась, — поняла Дени, — просто теперь я воюю с тенями».

Она надеялась отдохнуть от убийств, восстановить и исцелить душу. Выбравшись из шкуры, королева опустилась на колени рядом с трупом и, не обращая внимания на охнувшую Чхику, закрыла убитому глаза.

— Храбрый Щит не будет забыт. Пусть его омоют, оденут в доспехи и похоронят как воина — со шлемом, щитом и копьями.

— Как прикажет ваше величество, — сказал Серый Червь.

— Отправьте дюжину людей в Храм Милостей и спросите у Синих Милостей, не приходил ли к ним человек с раной от меча. Ещё распустите слух, что мы щедро заплатим золотом за меч Храброго Щита. Расспросите мясников и пастухов, не кастрировал ли кто недавно козла. — Может, какой-нибудь козопас сознается. — Также проследите, чтобы никто из моих людей не ходил после наступления темноты один.

— Ваше приказание будет исполнено.

Дейенерис откинула волосы.

— Разыщите мне этих трусов. Найдите их, чтобы я могла показать Детям Гарпии, что значит — будить дракона!

Серый Червь отсалютовал. Безупречные вновь накрыли труп покрывалом, подняли тело и вынесли его прочь из зала. Сир Барристан остался. В уголках светло-голубых глаз седовласого рыцаря залегли морщины, но, несмотря на возраст, спина по-прежнему была пряма, а годы не украли искусства владения мечом.

— Ваше величество, я боюсь, что ваши евнухи плохо подходят для подобной задачи.

Дени села на свою скамью и вновь закуталась в шкуру.

— Безупречные — мои лучшие воины.

— Солдаты, а не воины, если позволит ваше величество. Они созданы для битвы, чтобы стоять плечом к плечу за щитами, ощетинившись копьями. Их учили подчиняться без страха и сомнения… а не выпытывать тайны и задавать вопросы.

— Возможно, рыцари послужили бы мне лучше? — Селми обучал для неё рыцарей, показывая детям рабов, как обращаться с копьём и длинным мечом на вестеросский манер… но чем поможет копьё против трусов, которые убивают, прячась в тени?

— Нет, не в этом деле, — мотнул головой старик. — И смею заметить, что у вашего величества нет других рыцарей, кроме меня. Пройдут годы, прежде, чем эти мальчики будут готовы.