— Это и есть твой подарок? Жалкая грамота? — Даарио выхватил пергамент из рук дорнийца и развернул, недоверчиво разглядывая печати и подписи. — Очень мило, всё в золоте и лентах, но я не умею читать ваши вестеросские закорючки.
— Отдайте его королеве, — велел сир Барристан. — Немедленно.
Дени чувствовала, как в зале нарастает напряжение.
— Я всего лишь юная девушка — ну как можно отказывать девушке в подарке? — весело спросила она. — Даарио, пожалуйста, хватит меня дразнить. Дай сюда.
Документ был написан на общем языке Вестероса. Королева медленно развернула его, изучила печати и подписи. Когда Дени увидела в тексте «сир Виллем Дарри», её сердце забилось чуть сильнее. Она прочла пергамент от начала и до конца, а потом ещё раз.
— Позволите нам узнать, что там написано, ваше величество? — спросил сир Барристан.
— Это секретный договор, — ответила Дени, — заключенный в Браавосе, когда я была ещё маленькой девочкой. За нас подписался сир Виллем Дарри — человек, который вывез меня и брата прочь с Драконьего Камня, прежде чем до нас добрались люди Узурпатора. За Дорн подписался принц Оберин Мартелл, а морской владыка Браавоса поставил подпись в качестве свидетеля, — она протянула пергамент сиру Барристану, чтобы тот прочел его сам. — Здесь написано: союз должен быть скреплен браком. В обмен на помощь Дорна в свержении Узурпатора, мой брат Визерис обязан жениться на дочери принца Дорана Арианне и сделать её своей королевой.
Старый рыцарь медленно прочитал договор.
— Если бы Роберт узнал об этом соглашении, он сокрушил бы Солнечное Копьё, как когда-то сокрушил Пайк, и отрубил головы и принцу Дорану и Красному Змею… да, пожалуй, и этой дорнийской принцессе тоже.
— Несомненно, именно поэтому принц Доран предпочёл сохранить договор в тайне, — предположила Дейенерис. — Если бы мой брат Визерис знал, что его ждёт дорнийская принцесса, то, войдя в брачный возраст, сразу бы отправился в Солнечное Копье.
— И тем самым подставил себя и весь Дорн под боевой молот Роберта, — сказал Лягушонок. — Мой отец предпочёл подождать, пока принц Визерис не соберёт себе армию.
— Ваш отец?
— Принц Доран, — юноша опустился на одно колено. — Ваше величество, честь имею: Квентин Мартелл, принц дорнийский и ваш покорнейший слуга.
Дени засмеялась.
Дорнийский принц покраснел. Собственные придворные и советники королевы глядели на неё с удивлением.
— Ваша лучезарность, — спросил Скахаз Бритоголовый по-гискарски, — почему вы смеётесь?
— Его прозвали Лягушонком, — ответила Дени, — и мы только что поняли, почему. В Семи Королевствах есть детские сказки про лягушек, оборачивающихся зачарованными принцами, если их поцеловала истинная любовь.
Она улыбнулась дорнийским рыцарям и снова перешла на общий язык.
— Скажи мне, принц Квентин: ты был зачарован?
— Нет, ваше величество.
— Этого я и боялась.
— И все-таки ты прибыл ко мне за поцелуем и хочешь на мне жениться. Верно? Подарок, который ты мне принес — это ты сам, собственной персоной. Вместо Визериса и твоей сестры этот договор должны закрепить браком мы — если я хочу Дорн.
— Мой отец надеялся, что вы найдете меня… приемлемым.
Даарио Нахарис оскорбительно засмеялся.
— А я скажу, что ты щенок. Королеве нужен мужчина, а не сопливый мальчишка. Ты не годишься в мужья такой женщине, как она. Ты еще чувствуешь вкус молока своей матери, облизывая губы?
Сир Геррис Дринкуотер нахмурился.
— Придержи язык, наёмник. Ты говоришь с дорнийским принцем.
— И с его нянькой, вероятно, — Даарио полировал рукоятки клинков подушечками пальцев и угрожающе улыбался.
Скахаз проворчал, как умел ворчать лишь он:
— Этот мальчик служит Дорну, но Миэрину нужен король гискарских кровей.
— Я слышал об этом Дорне, — произнес Резнак мо Резнак. — Дорн — это песок, скорпионы и голые красные горы, обожжённые солнцем.
Принц Квентин ответил ему:
— Дорн — это пятьдесят тысяч мечей и копий, готовых послужить нашей королеве.
— Пятьдесят тысяч? — передразнил его Даарио. — Я вижу только троих.
— Довольно, — прервала их Дейенерис. — Принц Квентин пересек полмира, чтобы предложить мне свой дар, и я не отвечу ему грубостью, — она повернулась к дорнийцам. — Жаль, что вы не прибыли сюда год назад. Я уже обещала выйти замуж за благородного Хиздара зо Лорака.
— Еще не поздно… — начал сир Геррис.
— Это мне решать, — оборвала его Дейенерис. — Резнак, предоставь принцу и его спутникам покои сообразно их благородному званию и удостоверься, чтобы они ни в чем не знали нужды.
— Слушаю и повинуюсь, ваша лучезарность.
Королева поднялась на ноги.
— На сегодня всё.
Даарио и сир Барристан проводили её наверх по лестнице в королевские покои.
— Это всё меняет, — сказал старый рыцарь.
— Это ничего не меняет, — ответила Дени, когда Ирри снимала с неё корону. — Что толку от трёх человек?
— Трёх рыцарей, — заметил Селми.
