Пир с драконами полностью

— У меня есть рыцари. Мои верные защитники.

— Два рыцаря. У Даарио — пятьсот Ворон-Буревестников. А вам не мешало бы остерегаться и моего лорда-мужа. Знаю, он кажется мягким и любезным человеком, но не надо обманываться. Хиздар получил корону из моих рук, и ему служат несколько самых грозных бойцов в мире. Если один из них надумает заслужить милость господина, устранив его соперника…

— Я принц дорнийский, ваше величество, и не бегу от рабов и наёмников.

«Значит, ты настоящий дурачок, Принц-Лягушонок». Дени последний раз окинула взглядом своих одичавших детей. Она слышала пронзительные вопли драконов, когда вела мальчика к дверям, и видела блики света на кирпичах — отражение их огня. «Если я оглянусь, я пропала».

— Сир Барристан пришлёт пару портшезов, чтобы доставить нас обратно на пир, но подъём по лестнице всё равно наводит на меня тоску. — За их спинами с громким лязгом закрылись огромные железные двери. — Расскажите мне об этой другой Дейенерис. Я знаю об истории королевства моего отца меньше, чем следует. Меня никогда не воспитывал мейстер. — «Только брат».

— С удовольствием, ваше величество, — ответил Квентин.

Было уже далеко за полночь, когда последние гости разошлись и Дени удалилась в опочивальню к своему супругу и королю. Хиздар, по крайней мере, был доволен, хотя и несколько пьян.

— Я держу слово, — сказал он ей, пока Ирри и Чхику переодевали её для постели. — Вы хотели мира, и он ваш.

«А ты хочешь крови, и скоро мне придется тебе её дать», — подумала Дени, но сказала только:

— Благодарю вас.

Дневные волнения лишь подогрели страсть в её супруге. Стоило служанкам удалиться, как он сорвал с неё ночную рубашку и повалил навзничь на постель. Дени обняла его и позволила войти в себя. Она знала, что Хиздар пьян и долго не продержится.

Так и вышло. После Хиздар ткнулся ей носом в ухо и прошептал:

— Милостью богов мы зачали этой ночью сына.

В голове у Денни зазвенели слова Мирри Маз Дуур: «Когда солнце встанет на западе и опустится на востоке. Когда высохнут моря и ветер унесет горы, как листья. Когда чрево твое вновь зачнет и ты родишь живое дитя. Тогда он вернется — но прежде не жди». Смысл этих слов был вполне ясен: скорее кхал Дрого восстанет из мёртвых, чем она родит живое дитя. Но бывают такие тайны, которыми нельзя поделиться даже с мужем, поэтому она позволила Хиздару зо Лораку тешиться надеждами.

Её благородный супруг вскоре крепко уснул. Дейенерис осталось только вертеться и ворочаться рядом. Ей хотелось потрясти его, разбудить, потребовать обнять её, поцеловать, взять её снова, но она знала, что если так поступит, скоро он опять уснёт и оставит её одну в темноте. Что сейчас делает Даарио? Тоже не спит? Думает о ней? Любил ли он её по-настоящему? Возненавидел ли оттого, что она вышла за Хиздара? «Не надо было пускать его к себе в постель». Он всего лишь наёмник, не годящийся в мужья королеве, и всё же…

«Я всё это знала и всё равно бы поступила так, как поступила».

— Моя королева? — прозвучал в темноте нежный голосок.

Дени вздрогнула.

— Кто здесь?

— Всего лишь Миссандея. — Служанка-наатийка приблизилась к постели. — Я услышала, что вы плачете.

— Плачу? Я не плакала. Отчего мне плакать? У меня есть мир, у меня есть мой король, у меня есть всё, чего может желать королева. Тебе приснился плохой сон, вот и всё.

— Как скажете, ваше величество. — Миссандея поклонилась и собралась уйти.

— Не уходи, — попросила Дени. — Я не хочу оставаться одна.

— С вами его величество, — напомнила Миссандея.

— Его величество спит, а я не могу уснуть. Утром мне придется искупаться в крови — такова цена мира. — Она слабо улыбнулась и похлопала по постели. — Ну же, садись, поговори со мной.

— Как пожелаете. — Миссандея села рядом. — О чём мы будем говорить?

— О доме, — сказала Дейенерис. — О Наате. О бабочках и братьях. Расскажи мне о вещах, которые тебя радуют, заставляют смеяться, о самом хорошем, что помнишь. Напомни мне, что в этом мире ещё есть добро.

Миссандея постаралась, как могла. Она всё ещё говорила, когда Дени, наконец, провалилась в сон, навстречу странным бесформенным наваждениям, полным дыма и огня.

Утро наступило слишком быстро.

Самая опасная часть путешествия была позади. Воды Пролива Редвин кишели кораблями железнорожденных, как их и предупреждали в Тироше. Пользуясь тем, что главные силы флотилии Арбора находятся на другой стороне Вестероса, железнорожденные разграбили Райамспорт, захватили Винную Лозу и Гавань Морской Звезды, используя их в качестве баз для охоты на торговые суда, направляющиеся в Старомест.