Пир с драконами полностью

Теон размышлял, увидит ли когда-нибудь подводные чертоги Утонувшего Бога, или его призрак навсегда останется здесь, в Винтерфелле. «Что мертво, то мертво. Лучше погибнуть, чем быть Вонючкой». Если план Абеля не сработает, Рамси будет убивать их долго и мучительно. «На этот раз он освежует меня с головы до пят, и никакие мольбы не помогут». Теон не знал боли сравнимой с той, что может причинить Живодёр, орудуя ножиком. Абель быстро выучит этот урок. И ради чего? «Джейни, её зовут Джейни, и её глаза другого цвета». Лицедейка, играющая роль. «Лорд Болтон знает, и Рамси тоже, но остальные слепы, даже этот проклятый бард с его коварными улыбочками. Это над тобой пошутили, певец, над тобой и твоими шлюхами-убийцами. Вы умрёте не за ту девушку».

Он едва не открыл им правду, когда Рябина привела его к Абелю в развалины Сожжённой Башни, но в последний момент придержал язык. Певец, очевидно, хочет устроить побег дочери Эддарда Старка. Если бы он узнал, что жена лорда Рамси всего лишь дочка стюарда, то…

Двери Великого Чертога с грохотом распахнулись.

По залу пронёсся холодный ветер, и в воздухе засияли голубовато-серебристые кристаллики льда. Вошел по пояс облепленный снегом Хостин Фрей, неся на руках тело. Глядя на жуткое зрелище, люди на скамьях отставили тарелки и кубки. Все затихли.

«Ещё одно убийство».

Комья снега летели с плаща сира Хостина прямо на пол, когда тот тяжёлым шагом направился к высокому столу. За ним следовала дюжина рыцарей и солдат Фреев, и среди них мальчишка, которого Теон знал — Уолдер Большой. На самом деле — маленький, с хитрым лицом и худой словно жердь. Его грудь, рукава и плащ были забрызганы кровью.

Учуяв её запах лошади заржали, а собаки, принюхиваясь, выскочили из-под столов. Мужчины повставали со скамей. От холода кровь замерзла, и одетое в доспехи из красного инея тело на руках сира Хостина сверкало в свете факелов.

— Сын моего брата Меррета. — Хостин положил труп перед помостом. — Зарезали как свинью и засунули в сугроб. Совсем ещё мальчика.

«Уолдер Малый, — подумал Теон, — который на самом деле был большим». Он посмотрел на Рябину. «Их шесть, — вспомнил он. — Любая могла с ним расправиться».

Прачка почувствовала его взгляд.

— Это не наших рук дело, — сказала она.

— Тихо, — предостерёг её Абель.

Лорд Рамси спустился с помоста к мёртвому мальчику. Его отец медленно поднялся — мрачный, с бледными глазами и застывшим лицом.

— Подлое убийство. — В кои-то веки голос Русе Болтона можно было легко расслышать. — Где нашли тело?

— У разрушенной башни, милорд, — ответил Большой Уолдер. — У той, со старыми горгульями.

Перчатки мальчишки были перепачканы кровью кузена.

— Я говорил ему — не выходить одному, но он ответил, что должен отыскать должника.

— Кого? — потребовал ответа Рамси. — Назови мне имя. Укажи мне его, мальчик, и я сделаю тебе плащ из его кожи.

— Он не назвал, милорд. Сказал только, что выиграл серебро в кости. — Маленький Фрей запнулся. — Люди из Белой Гавани научили его играть. Не знаю, кто именно, но точно кто-то из них.

— Милорд, — прогрохотал Хостин Фрей. — Мы знаем, кто это сделал, кто убил этого мальчика и всех остальных. Не сам, конечно. Он слишком толст и труслив, чтобы убивать лично. Но по его приказу… — Фрей повернулся к Виману Мандерли. — Станешь отрицать?

Лорд Белой Гавани откусил половину колбаски.

— Признаюсь… — сказал он, вытирая губы рукавом. — …Признаюсь, что плохо знал беднягу. Он был оруженосцем лорда Рамси, верно? Сколько ему было?

— Ему исполнилось девять в последние именины.

— Такой молодой, — произнёс Виман Мандерли. — Но, может, это во благо. Если бы он выжил, то вырос бы и стал Фреем.

Сир Хостин, пнув ногой столешницу, сбил её с козел прямо в огромный живот лорда Вимана. Кубки и тарелки разлетелись в стороны, повсюду валялись раскиданные колбаски. Дюжина людей Мандерли, извергая проклятия, вскочили на ноги. Некоторые схватились за ножи, блюда, кувшины — за всё, что могло послужить оружием.

Сир Хостин Фрей вытащил свой длинный меч из ножен и бросился на Вимана Мандерли. Лорд Белой Гавани попытался увернуться, но столешница прижала его к стулу. Лезвие прошло сквозь три из четырёх его подбородков, из которых брызнула ярко-красная кровь. Леди Уолда завизжала, вцепившись в руку мужа.

— Прекратите! — закричал Русе Болтон. — Остановите это безумие!