Пир с драконами полностью

Его люди рванулись вперёд, а люди Мандерли перескочили через скамьи, чтобы добраться до Фреев. Один из них напал на сира Хостина с кинжалом, однако высокий рыцарь увернулся и отрубил тому руку по плечо. Лорд Виман поднялся на ноги, но сразу упал. Лорд Локи стал звать мейстера, когда Мандерли, словно огромный морж, плюхнулся на пол в растекающуюся лужу крови. Вокруг него дрались за колбаски собаки.

Понадобилось около сорока копейщиков Дредфорта, чтобы растащить дерущихся и остановить резню. К этому времени шестеро людей из Белой Гавани и двое Фреев уже лежали мёртвыми на полу, дюжина были ранены, а один из бастардовых мальчиков, Лутон, умирал, громко зовя мамочку и пытаясь затолкать свои кишки обратно в дыру в животе. Лорд Рамси, отобрав у одного из людей Уолтона Железные Икры копьё, вогнал его в грудь Лутону, прекратив эти вопли. Но всё равно свод потолка продолжал оглашаться криками, молитвами, ругательствами, ржанием напуганных лошадей и рычанием сучек Рамси. Уолтону Железные Икры пришлось с дюжину раз ударить о пол древком копья, прежде чем в зале стало достаточно тихо, чтобы люди могли услышать Русе Болтона.

— Вижу, вы жаждете крови, — произнес лорд Дредфорта.

Рядом с ним стоял мейстер Родри с вороном на руке. Чёрные перья птицы сверкали в свете факела, точно земляное масло. «Он мокрый, — понял Теон. — А в руке его светлости послание, наверняка такое же промокшее. Тёмные крылья, тёмные вести».

— Вместо того, чтобы резать друг друга, направьте мечи против лорда Станниса. — Лорд Болтон развернул пергамент. — Его войско в трёх днях езды отсюда, погребено в снегу и голодает, а я уже устал ждать его прихода. Сир Хостин, соберите ваших рыцарей и солдат у главных ворот. Поскольку вы так хотите сражаться, то нанесете первый удар. Лорд Виман, соберите людей Белой Гавани у восточных ворот. Они тоже выступят в поход.

Кровавые брызги, словно веснушки, покрывали щёки Хостина Фрея. Опустив обагренный почти по самую рукоять меч, он сказал:

— Как милорд прикажет. Но после того как доставлю вам голову Станниса Баратеона, я намерен закончить с Жирным лордом.

Лорда Вимана охраняли четверо рыцарей Белой Гавани, пока мейстер Медрик пытался остановить кровотечение.

— Сначала вам придется иметь дело с нами, сир, — произнес старший из них — суровый старик в забрызганном кровью плаще с изображением трёх серебряных русалок на фиолетовом фоне.

— С радостью. По очереди или со всеми сразу — мне всё равно.

— Хватит! — заревел лорд Рамси, размахивая окровавленным копьём. — Ещё одна угроза, и я всем вам кишки выпущу. Мой отец отдал приказ! Приберегите свой гнев для самозванца Станниса.

Русе Болтон одобрительно кивнул.

— Он прав. Когда покончим со Станнисом, у нас будет достаточно времени разобраться между собой. — Повернув голову, он обвёл своими бледными холодными глазами зал, и остановил взгляд на барде Абеле, стоявшем рядом с Теоном.

— Певец, — приказал он, — сыграй нам что-нибудь успокаивающее.

Абель склонил голову.

— Как угодно вашей светлости.

С лютней в руке он прошёл к помосту, ловко перепрыгивая по пути через трупы, и, положив ногу на ногу, сел за высокий стол. Под звуки незнакомой Теону тихой печальной мелодии, сир Хостин и сир Эйенис со своими людьми начали выводить из зала лошадей.

Рябина сжала Теону руку.

— Ванна. Нужно сделать это сейчас.

Он вырвался из её хватки.

— Днём? Нас заметят.

— Снег нас скроет. Ты оглох? Болтон высылает свои войска. Нужно добраться до Станниса раньше их.

— Но… Абель…

— Абель способен о себе позаботиться, — прошептала Белка.

«Это безумие. Безнадёжное, глупое, обречённое». Теон допил последние капли пива и неохотно поднялся.

— Собери сестёр. Потребуется много воды, чтобы наполнить ванну миледи.

Белка выскользнула из зала как всегда бесшумно. Рябина вышла вместе с Теоном. После того как прачки нашли его в богороще, одна из них всегда следовала за ним по пятам, ни на миг не выпуская из виду. Они ему не доверяли. «Да и с чего бы? Я был Вонючкой и снова могу им стать. Вонючка, Вонючка-подлючка».

А снаружи всё так же падал снег. Снеговики оруженосцев превратились в чудовищных и бесформенных великанов десяти футов ростом. По дороге в богорощу Теон с Рябиной прошли между двух белых стен. Тропинки между Твердыней, Чертогом и башней превратились в лабиринт ледяных траншей, которые расчищали каждый час. В них было легко потеряться, но Теон знал каждый поворот.

Даже богороща оделась в белое. Пруд у подножия сердца-древа затянуло корочкой льда, а вырезанное на бледном стволе лицо отрастило усы из маленьких сосулек. В этот час не стоило даже надеяться побыть наедине со старыми богами. Рябина отвела Теона от молящихся перед деревом северян в уединённое место около стены казармы. Они остановились у пруда, наполненного теплой вонявшей тухлыми яйцами грязью. Теон заметил, что даже она начала замерзать по краям.