Пир с драконами полностью

К тому времени, как они добрались до лестницы, Теона шатало. Он перекинул девушку через плечо и полез наверх. Джейни перестала сопротивляться, да и весила немного… Но под снегом ступени обледенели, и на полпути Теон поскользнулся и упал на одно колено. От боли он почти выронил девочку и на миг испугался, что здесь и останется. Но Холли помогла ему встать, и в конце концов они вдвоём смогли отвести Джейни на стену.

Теон, тяжело дыша, прислонился к зубцу. Снизу слышались крики: в снегу Френья сражалась с шестерыми стражниками.

— Куда? — закричал он Холли. — Куда теперь? Как мы выберемся?

Ярость на лице прачки сменилась ужасом.

— О, твою же мать. Верёвка, — истерично хохотнула она. — Верёвка осталась у Френьи.

И тут она вскрикнула, схватившись за живот: из него торчала стрела. Холли прижала к ране ладони, и по её пальцам потекла кровь.

— Поклонщики на внутренней стене… — выдохнула она перед тем, как вторая стрела пробила ей грудь.

Холли схватилась за ближайший зубец и упала. Сшибленный ею снег похоронил её с тихим хлопком.

Слева от них кричали. Джейни Пуль уставилась на Холли, укрытую краснеющим снежным одеялом. Теон знал, что арбалетчикам на внутренней стене нужно перезарядить оружие. Он посмотрел направо, но оттуда к ним тоже бежали люди с мечами. Вдалеке, на севере проревел рог. «Станнис, — подумал он отчаянно. — Станнис — наша единственная надежда, если сможем до него добраться». Завывал ветер. Они с девушкой оказались в ловушке.

Выстрелил арбалет. Стрела прошла в футе от него, сбив снег в соседней амбразуре. Не было никаких признаков Абеля, Рябины, Белки и остальных. Они с девочкой остались одни. «Если нас захватят живьём, то доставят Рамси».

Теон обхватил Джейни за талию и прыгнул.

Небо жгло безжалостной лазурью, и на нём не было ни облачка.

«Кирпичи скоро накалятся на солнце, — думала Дени. — Внизу, на песке, бойцы почувствуют жар даже сквозь подошвы сандалий».

Чхику стащила с плеч королевы шёлковый халат, а Ирри помогла спуститься в купальню. На воде играли лучи утреннего солнца, рассеянные тенью раскидистой хурмы.

— Если уж придется открыть ямы, разве вашему величеству обязательно там присутствовать? — спросила Миссандея, моющая королевские волосы.

— Половина Миэрина явится туда посмотреть на меня, милая.

— Ваше величество, — возразила Миссандея, — недостойная просит позволения сказать, что половина Миэрина придет туда смотреть, как льется кровь и умирают люди.

«Она права, — подумала королева, — но это ничего не меняет».

Вскоре Дени была чище некуда и с плеском поднялась на ноги. Капли воды, словно бисеринки, блестели на её груди и стекали по бёдрам. Солнце ползло по небосводу вверх — скоро начнёт собираться народ. Дени с гораздо большим удовольствием плескалась бы весь день в благоухающем бассейне, кушала с серебряных подносов охлаждённые фрукты и грезила о доме с красной дверью, но королева принадлежит своему народу, а не себе.

Чхику принесла мягкое полотенце, чтобы вытереть Дени досуха.

— Кхалиси, какой токар наденете сегодня? — спросила Ирри.

— Жёлтый шёлковый.

Королеве кроликов не пристало выходить в люди без больших ушей. Жёлтый шёлк легок и прохладен, а в яме будет то ещё пекло. «Красный песок обожжёт ноги смертникам».

— И сверху длинную красную вуаль.

Вуаль не даст песку, подхваченному ветром, попасть ей в рот. «А на красном не будет видно пятен крови».

Пока Чхику расчесывала Дени волосы, а Ирри, беззаботно щебеча о сегодняшних боях, красила королеве ногти, в покои заглянула Миссандея.

— Ваше величество! Король приглашает вас присоединиться к нему, когда оденетесь. Ещё пришел принц Квентин со своими дорнийцами и просит вас на пару слов, если вам угодно.

«Сегодня мне мало что будет угодно».

— В другой раз.

Сир Барристан ждал их у подножия Великой Пирамиды рядом с разукрашенным открытым паланкином, окружённым Медными Тварями. «Сир Дедуля», — подумала Дени. В подаренных ему королевой доспехах, он, несмотря на свой преклонный возраст, всё ещё выглядел высоким и красивым.

— Я бы чувствовал себя спокойнее, если бы вас сегодня охраняли Безупречные, ваше величество, — сказал старый рыцарь, когда Хиздар отошел поздороваться с кузеном. — Половина этих Медных Тварей — непроверенные в бою вольноотпущенники.

«А другая — миэринцы, на которых едва ли можно положиться», — мог бы добавить он. Селми не доверял никому из миэринцев, даже бритоголовым.

— И таковыми и останутся, если только мы не проверим их.

— Мало ли кто может прятаться под маской, ваше величество. Вот человек в маске совы: та ли это сова, что охраняла вас вчера и позавчера? Откуда нам знать?