Он слишком много выпил накануне. Голова трещала, и даже лёгкого покачивания паланкина было достаточно, чтобы желудок Тириона грозил вывернуться наизнанку. Он не жаловался, но Иллирио Мопатису и так все было ясно.
— Давай, выпей со мной, — предложил толстяк. — Как говорится, избавься от жгущего нутро дракона.
Он налил обоим из графина ежевичного вина — такого сладкого, что оно привлекало мух даже больше, чем мёд. Тирион отогнал их и выпил до дна. Вкус был таким приторным, что ему понадобилось приложить усилие, чтобы удержать вино в себе. Впрочем, вторая чаша пошла легче. Аппетита у него всё равно не было, и когда Иллирио предложил ему миску ежевики в сливках, Тирион от неё отказался.
— Мне приснилась королева, — сказал карлик. — Я встал перед ней на колени и произнёс слова присяги, но она приняла меня за моего брата Джейме и скормила своим драконам.
— Будем надеяться, что этому сну не суждено сбыться. Ты умный бес, как Варис и говорил, а Дейенерис понадобятся умные люди. Сир Барристан — рыцарь доблестный и верный, но что-то я не припомню, чтобы кто-либо называл его хитроумным.
— У рыцарей один-единственный способ решения всех проблем: копьё наперевес и в атаку. У карликов другой взгляд на мир. А что же ты сам? Ты ведь тоже умен.
— Ты мне льстишь, — Иллирио махнул рукой. — Увы, я не приспособлен к путешествиям, поэтому я посылаю тебя к Дейенерис вместо себя самого. Ты уже оказал Её Величеству огромную услугу, убив своего отца, и надеюсь, принесешь ей ещё немало пользы. Дейенерис, в отличие от своего брата, совсем не глупа и найдет тебе хорошее применение.
В тот день они только трижды меняли лошадей, зато останавливались каждые полчаса, чтобы Иллирио мог вылезть из паланкина и помочиться.
Навоз заставил его вспомнить об отце.
Они продолжили своё путешествие. Иллирио извлек суму с жареными каштанами и снова заговорил о драконьей королеве.
— Боюсь, наши вести о королеве Дейенерис уже устарели. К этому моменту она должна была уже покинуть Миэрин. Она наконец сколотила себе войско из наёмных оборванцев, дотракийских пастухов и Безупречных. Она без колебаний поведёт их на запад, отвоёвывать трон своего отца.
Магистр Иллирио открыл горшок улиток с чесноком, понюхал и улыбнулся.
— В Волантисе, будем надеяться, ты получишь более свежие вести о Дейенерис, — сказал он, высасывая улитку из раковины. — Драконы и девицы непостоянны, так что, быть может, тебе придется поменять планы. Гриф будет знать, что делать. Хочешь улитку? Чеснок из моих собственных садов.
Тирион отказался от блюда.
— Ты возлагаешь большие надежды на этого Грифа. Ещё один друг детства?
— Нет. Ты бы назвал его наемником, но он из Вестероса. Дейенерис нужны люди, достойные её дела, — Иллирио поднял руку. — Знаю-знаю! Ты думаешь: «Наёмники ценят золото выше чести, этот Гриф продаст меня сестре». Нет. Я доверяю Грифу, как доверял бы брату.
— Значит, и мне стоит относиться к нему так же.
— Пока мы здесь разговариваем, Золотое Братство движется к Волантису. Там они будут ждать прихода нашей королевы с востока.
— Я слышал, что Золотое Братство заключило контракт с одним из Вольных Городов.
— С Миром, — Иллирио ухмыльнулся. — Контракт можно и разорвать.
— В сыре упрятано ещё больше золота, чем я думал, — сказал Тирион. — Как тебе удалось этого добиться?
Магистр пошевелил пальцами в воздухе.
— Некоторые контракты пишут чернилами, а некоторые — кровью. Это всё, что я скажу.
Карлик задумался.