– Мараджа, по-моему, Дрон просто хотел подержать у себя пистолет, селфи там сделать, а? Ну да, плохо, конечно, но и хорошо, что он его взял, а то повязали бы нас всех, – сказал Чупа-Чупс.
– Откуда ты знаешь? – ответил Николас. – Мы могли убежать, могли отстреляться.
– Мараджа, но у нас не было пушек… – осторожно заметил Бриато.
– Ну тогда бы нас повязали. А что, лучше, когда один из нас ворует у нас же? Лучше, что Дрон нас всех развел?
Как обычно бывает, когда в отряде предатель, группа делится на адвокатов и прокуроров. Интуитивно. Не ты выбираешь роль – она выбирает тебя. Важна степень дружбы с обвиняемым, способность представить себя на его месте. Сочувствие или безразличие. Коллектив или одиночка.
Первым высказался Драго, они давно дружили с Дроном, учились в одном колледже:
– Ты прав, Мараджа. Дрон прикарманил этот чертов пистолет и ничего нам не сказал, он просто не подумал. Спрятал в трусах. Наигрался бы и вернул. А так защитил нас. Вот и все!
– Ну да, если все начнут пушки в трусы прятать, у нас ничего не останется. Ну… что за дела, если каждый – что хочу, то и ворочу… – сердито выступил Зубик на стороне обвинения.
– Да я и не собирался воровать. Я бы подержал его у себя, а потом положил бы на место, – оправдывался Дрон. Он стоял перед Николасом, остальные – вокруг. Как трибунал.
– Ну да, черта с два положил бы на место. Арсенал нельзя разбазаривать, это решено. Дрона надо наказать, согласен, – сказал Дохлая Рыба.
– Мы, конечно, благодарны тебе за то, что никого не повязали. Но ты, конечно, пистолетик-то стянул, поэтому должен ответить, – переметнулся Бриато на сторону обвинения.
– Парни, я тоже согласен, что Дрона надо наказать, – широко развел руками Драго, перетягивая внимание на себя. – Он провинился, но он не подумал, он не хотел никого обидеть. Пусть попросит прощения, и все.
– Ну да, все бы так делали, – возмутился Бриато, – а потом просили прощения.
Прикончив третий бокал шампанского, в разговор включился подобревший Чёговорю:
– Я чё говорю, наказать, да. Но не шибко.
– Не, надо придумать серьезное наказание, а то наши пушки живо все растащат, – густым басом, странным для его щуплой фигурки, сказал Бисквит, улучив удобный момент.
– Но я не все! – возразил Дрон. – Я из паранцы, я свое взял и собирался отдать.
– Да, Дрон, все верно, – ответил ему Чёговорю. – Но что мешало тебе спросить у Николаса, спросить у нас? Я чё говорю, в итоге ты провинился, но не сильно. Можно провиниться сильно или чуть-чуть. Я чё говорю, ты, по-моему, провинился, то есть чуть-чуть провинился… не сильно. Я так думаю.
– Послушай, Дрон, ты сплоховал. Мы тебя накажем, и дело с концом, – вынес вердикт Драго. Защита изрядно поредела.
– Идет, – согласился Мараджа.
– По-моему, – предложил Зуб, – раз он украл, надо отрубить ему руку.
– Придумал! – закричал Бриато. – Давайте отрежем ему ухо, как копу в “Бешеных псах”[43].
Все гоготали и дергали Дрона за уши.
– Отлично, то что надо! Отрежем ухо, – согласился Бисквит.
– А в “Бешенных псах” копа еще и сожгли, – добавил Зубик.
– Придется сжечь Дрона. – И все опять загоготали.
Дрон сначала тоже смеялся, но теперь все это стало раздражать его.
– Нет, нет, я чё говорю, – сказал Чёговорю, – надо, как в “Славных парнях”[44]!
– Да, отлично, давайте так! Дрон будет, как Билли Бэттс, когда Генри и Джимми забили его до смерти!
Все развеселились, изображая сцены из фильма, даже Николас вскочил со своего судейского кресла и принял участие во всеобщем веселье.
– Ладно, когда решите, что со мной делать, сообщите. – Дрон задумчиво встал и направился к двери.
Мараджа вмиг стал серьезным – так мим, проведя рукой по лицу, меняет улыбку на слезы:
– Ты куда, Дрон? Сначала наказание, а уж только потом побежишь домой к мамке.
– Лучшее наказание, – давясь от смеха, сказал Чупа-Чупс, – пригласить Рокко Сиффреди[45], пусть натянет его в жопу.
Все заржали, как кони.
– Вот наконец-то хорошая идея, – сказал Мараджа. – Что-то подобное я и хотел предложить. У тебя ведь есть сестра, так?
Дрон стоял у входной двери, все еще надеясь, что это просто дурной спектакль, если б не произнесенное вдруг слово “сестра”.
– Ну и? – резко обернувшись, спросил он.
– Ну и? Фильм “Каморрист”. Помнишь, тот парень говорит: “Профессор-то наш кудрявый”?
– При чем тут это?
– Подожди. Я объясняю. Помнишь?
– Да.
– А помнишь, что он потом спрашивает у профессора?
– Что?
– Спрашивает: “Девчонка, которая тебя навещает, – твоя сестра, верно?” В наказание приведешь мне свою сестру. Ну вот, как в фильме. Только не мне, а всем нам. Потому что ты не лично меня оскорбил, украв пистолет. А нас всех.
– Ты с ума сошел, Мараджа?
В комнате воцарилась тишина, какая бывает перед принятием важного решения.
– Приведешь сестру, пусть она отсосет у всех.
Дрон молнией метнулся в глубину квартиры, и все от неожиданности расступились. На подоконнике в спальне лежал тот самый злосчастный пистолет. Дрон схватил “Беретту”, передернул затвор и упер дуло прямо в лицо Марадже.
– Эй, совсем рехнулся?! – заорал Драго.
