– Пусть ведет к губернатору, – шепнул Андрею дядюшка Сэм. – Засвидетельствуем свое почтение – первым делом. Да, думаю, там же и договоримся уже.
– О чем? – не сразу понял Громов.
Старик ухмыльнулся:
– Сами подумайте, сэр! Судов здесь много, лихого народцу тоже хватает. Конечно, не в пример меньше, чем в старые добрые времена в ПортРояле, или даже здесь же лет десять назад, но хватает, хватает… Испанцы испанцами, а жизньто идет, и все хотят кушать. Так что без высокого покровительства мы с вами вряд ли обойдемся, помяните мои слова, сэр! Слишком уж большой риск.
– И за крышу, конечно же, придется платить, – поглядывая на раскинувшийся на склоне холма город, задумчиво протянул молодой человек.
Дядюшка Сэм удивленно повернул голову:
– За что платить?
– За покровительство. Интересно – сколько?
– Как договоримся, – ухмыльнулся старый пират. – Думаю, по нынешним временам, после испанского раздрая, губернатор не так уж и много возьмет. Обычно после всяких потрясений людишки любой мелочи рады. Ой… смотрика – церковь построили! И склады чинят… А улица какая… широкая… прям не узнать!
– Так вы раньше здесь бывали? – уточнил Громов.
Квартирмейстер махнул рукой:
– Так… пару раз. Давно уже!
На тему своей прошлой – довольнотаки бурной – жизни, как давно уже заметил Андрей, дядюшка Сэм почемуто предпочитал не распространяться, так, проговаривался иногда да коечто рассказывал своей рыжеволосой племяннице.
– Так что – к губернатору? – видимо, надеясь на еще один пиастр, не отставал лоцман.
Судя по его нахальной настырности, чисто профессиональных заработков здесь еще было мало.
– К губернатору? – остановившись, старый пират оглядел всю компанию и хмыкнул. – В таком виде? Ну нет. А нука, парень, веди в самую дорогую лавку! Где всякие там кафтаны да платья…
– Так, может, лучше к портному? Я знаю тут одного…
– Нет! К портному пока некогда, веди в лавку.
Этот белый, под пальмами, город даже сейчас, зимой, источал какуюто негу, особую ауру, свойственную большинству южных городов, этакий легкий флер беззаботности, сексуальности и смешанного с навязчивым гостеприимством нахальства. Пока шли, к путникам уже несколько раз подбегали мальчишки – предлагали купить свежие лепешки и воду, зазывали в какието подозрительные таверны и публичные дома.
– Это все потом, – отмахивался старик. – Эй, Полушка, ну и где ж твоя лавка?
– Скоро придем, господа. Воон за тем поворотом, за церковью.
Во время своих налетов испанцы все же не успели сжечь город дотла, еще оставались совершенно нетронутыми весьма красивые здания, украшенные колоннами, пилонами и каменным узорочьем, этакое колониальное барокко, смотревшееся весьма неплохо, хотя, может быть, коегде – и с перебором. Неширокая улица, по которой шли новоявленные моряки, была вымощена серым булыжником, аккуратными кругами обходившим давно росшие на этом месте деревья – пинии, туи и пальмы, оттенявшие белизну стен оград и довольнотаки приличных по виду зданий, на одно из которых – весьма помпезный, с колоннами и узорным фронтоном – особняк, и указал Полушка:
– А вот и губернаторский дом… Но вы ведь сказали – сначала в лавку.
– В лавку, в лавку! Да где же она, черт бы все тут побрал?
– Говорю же, скоро придем, господа. Уже очень скоро.
Чуть замедлив шаг, капитан придержал квартирмейстера под руку, свистящим шепотом осведомившись – на какие, с позволения сказать, шиши тот собирался приодеться?
– Ах, это, – скривившись, старый пират отмахнулся. – Да не берите в голову, сэр, пустое дело.
– И всетаки!
– Я же вам докладывал – в капитанской каюте мы сразу отыскали тайник с полусотней гиней, оставленных мной на корабельные нужды. Вот на них и купим одежду – не оборванцами же ходить, тем более, нам нужно будет еще пополнить команду, а здесь по одежке встречают, к оборванцам никто не пойдет, да и губернатору следует выказать уважение.
– Черт с вами! – Андрей сплюнул под ноги. – Наверное, вы и правы. Хотя команде нужно тоже чтонибудь дать – не пустыми же выпускать на берег?
– Дадим, а как же! – хмыкнул дядюшка Сэм. – Еще б и негров продать. Может, губернатор и купит? А мы ему – скидку.
– А вот в этом вопросе, дядюшка, торопиться не надо! – обернулась прислушивающаяся к беседе Камилла. – Что значит – скидку? Губернатор, если живой товар и возьмет, так не для себя, а для плантаторов… или продаст на какойнибудь торговый корабль, отправляющийся в Виргинию или в Каролину. В порту несколько шхун, между прочим, судя по осадке – три из них точно с опустевшими трюмами. Так что с неграми торопиться не надо, выждем денекдругой, уж прокормим какнибудь. А тем временем – шхуны эти пустые навестить.
– Молодец, девчонка! – старый пират восхищенно присвистнул. – Вот уж не думал, что у тебя столь внимательный взгляд.
– Обычно женщины все внимательны, дядюшка.
– А вот и лавка, господа! – остановившись, Полушка Эд обвел широкие, призывно распахнутые настежь двери торгового заведения с таким видом, будто сей промтоварный магазин принадлежал лично ему или, уж по крайней мере, он там работал старшим продавцом, товароведом или приказчиком.
– Что ж, вот, получи!
