Сэм телефоном сделал несколько снимков, стараясь, чтобы изображение получилось как можно четче и его можно было переслать потом Сельме. Он сфотографировал не только герб, но и круглый кожаный щит, висящий ниже. Переплетающийся кельтский узел, выгравированный на выпуклом медном диске в центре щита, казался противоречащим определенной английской традиции на семейном гербе, висящем выше. Если кто и может в этом разобраться, так это Сельма. Некоторые символы на диске поржавели от времени, а вспышка делала их еще менее четкими. Сэм попробовал без вспышки. К сожалению, в комнате было слишком темно.
Но он смог прочесть геральдику на гербе. Впрочем, Сельме хватит работы.
– Еще раз спасибо, – закончил Сэм, положив телефон в карман.
Грейс, улыбаясь, открыла двери.
– Было приятно познакомиться. Простите, что мужа не было. Внезапно поломался забор, и он поехал чинить. Думаю, его немного расстроили вчерашние гости.
– Гости? – переспросила Реми.
– Как и вы, они расспрашивали о наследстве. Честно говоря, я не понимаю, к чему вся эта шумиха. Если вы видели замок, то поймете, о чем я. Мой муж называет его не более чем грудой камня.
Сэм остановился в дверях.
– Вы не помните их имена? Или чем именно они интересовались?
– К сожалению, я их плохо расслышала. Но, как и вас, их заинтересовали те коробки, которые отправили в музей.
* * *
В машине Сэм дал телефон жене.
– Сделай одолжение, – сказал он, поворачивая ключ зажигания, – отправь фото Сельме.
– Очень интересный герб, учитывая, что ее давно забытый родственник был незаконным сыном младшего барона. На гербе выгравировано невероятно много фигур.
– И я о том же думаю.
Сэм выехал по гравию на грунтовую дорогу, затем посмотрел в зеркало заднего вида.
Солнце проглядывало сквозь тучи, отражалось на капоте и слепило Сэма. Он надел солнцезащитные очки.
– Отправила, – сказала Реми и положила телефон на приборную панель. – Я так понимаю, не стоит удивляться, что мы были не первыми гостями?
Перед поворотом Сэм притормозил и ответил:
– Я устал быть все время на шаг позади.
– Будем надеяться, что в музее им не поверят на слово или хотя бы попросят документы, прежде чем дать доступ к артефактам.
– А мне хочется верить, что в Британском музее есть протоколы безопасности. Кстати, нужно им позвонить и сказать, что мы приедем завтра утром.
На следующее утро Реми позвонила в отдел исторических артефактов Британского музея и спросила о ценностях, временно переданных Грейс Герберт‑Миллер и ее кузеном.
Молодая девушка с едва уловимым британским акцентом сказала, что всем занимается мисс Уолш и ее не будет вплоть до мероприятия на выходных.
Реми спросила, кто еще может помочь, но, как оказалось, никто не мог разрешить им посмотреть на выставку или пройти в хранилище, где содержались предметы.
Все было расписано для открытия выставки, и если у них нет билета, то им придется подождать до следующей недели.
– Просто прекрасно, – раздраженно воскликнула Реми, бросив телефон на стол. – Это тупик!
– Может, Сельма что‑нибудь придумает? – предположил Сэм. – Или Ласло? У него должны были остаться связи в музее.
– Остается только надеяться. – Реми посмотрела на часы, отметив восьмичасовую разницу во времени. Затем написала письмо Сельме. – Подождем.
Сэм взял пальто и предложил:
– Или можем пройтись и посмотреть на музей поближе. Разведать обстановку.
– Мне нравится ход ваших мыслей, мистер Фарго!
* * *
Музей находился в полумиле от отеля, и через час супруги уже были внутри, осматривая одну экспозицию за другой.
Затем они вошли в картинную галерею и остановились возле Розеттского камня[6], артефакта, всегда интриговавшего Реми.
– Только представь, как было бы здорово обнаружить на нем ключ к шифровальному колесу!
Сэм, осматривавший зал на случай, если появятся люди Эйвери, перевел взгляд с толпы на массивный камень.
– Это совсем не интересно.
– Так может считать только человек, который никогда не работал с расшифровками старинных документов. – Реми огляделась. – Ценности Грейс в другом месте. Судя по карте, эта часть музея посвящена Египту.
Сэм взял жену за руку и отвел от камня.
– Нужно глядеть в оба – не появятся ли люди Эйвери.
– Правильно.
– А на карте музея не отмечено, где именно будет проходить выставка?
– Нет. Но, думаю, мы найдем того, кто нам подскажет.
Так и получилось. Седовласая женщина сказала им, что выставка сейчас проходит в павильоне № 3.
– Как только войдете в Большой двор королевы Елизаветы II, пересекаете его и поворачиваете направо.
Супруги поблагодарили, затем прошли через просторную крытую площадь, наслаждаясь высоченным прозрачным куполом из стекла и стали, наполняющим внутренний двор светом и придающим ощущение нереальности.
Наконец они нашли нужное помещение: оно было перекрыто охранником на входе.
Он, в свою очередь, не многое мог добавить и не был настроен ничего обсуждать.
Сэм и Реми уставились на закрытое помещение.
– Есть идеи? – спросила Реми.
– Ни одной. – Сэм посмотрел на часы. – Если нам повезет, то скоро позвонит Сельма и что‑нибудь расскажет.
