Официальный парень смотрел с тревожным любопытством, зато Тринни разглядывала его во все глаза. Так, словно увидела в первый раз в жизни. Как она могла настолько его недооценивать?
– И давно это продолжается, Лейн?
– Что?
Он пытался делать вид, что не понимает, но в глазах загнанным зверьком прошмыгнул страх. Этого Тринни хватило, чтобы окончательно увериться, что ее догадка верна.
– Когда ты взломал наш «Виртиссимо»? Неужели в самый первый день?
Лейн молчал. Еще бы, никто не признается в таких вещах.
– Зачем ты это сделал? Нет, я понимаю, моего вирта на тот момент в Сети не было, а я тебе нравилась. Я ведь тебе нравилась, Лейн? Но ты, черт возьми, мог просто меня попросить. Мы всегда были друзьями, с детства. Неужели ты думаешь, что я не пошла бы в тот чертов телецентр, если бы ты просто меня попросил?! – она начинала заводиться.
Нет, ну правда, почему?
Лейн по-прежнему молчал, но отводил глаза. И это было такое же признание, как если бы он ответил: «Да, взломал».
– Я долго не могла понять, почему я согласилась стать твоей девушкой. Не будем лукавить, Лейн, таким парням, как ты, такие девушки, как я, не положены в принципе.
Она сделала паузу. Неужели и это не выведет его из себя? Он должен заговорить, иначе весь ее план полетит к чертям.
– И только сегодня до меня дошло: в моих партнерах, с тех пор как мы съехались с Аей и купили новую модель, то и дело появлялось что-то от тебя. То ли взгляд, то ли жесты… Черт возьми! Да я просто привыкла к тебе за это время!
Лейн всё еще молчал. Пора было повысить градус.
– Но потом, когда мы стали официальной парой, когда у тебя уже был мой вирт… Лейн, почему ты продолжал это делать? Зачем?! Объясни мне, черт возьми! – последние слова она выкрикнула ему в лицо.
Повисла долгая пауза. Он не отвечал. У нее ничего не выйдет. Не стоило и пытаться. Но когда молчание стало невыносимым, Лейн заговорил:
– Потому что я хочу тебя. Тебя, – его голос дрогнул, – а не виртуальных запрограммированных кукол, пусть и с твоей внешностью. Потому что стоит хоть однажды испытать это по-настоящему… Изучать тело, наблюдать за реакцией, угадывать, что тебе понравится, дарить наслаждение – и видеть, как ты отзываешься… – Лицо Лейна приняло такое мечтательное выражение, что захотелось размахнуться и влепить оплеуху. Чтобы опомнился. – Достаточно испытать это однажды – и вирты будут казаться скучными.
Испытать это однажды… У Тринни холодок пробежал по спине. Она читала, что так все и начинается. Тех, кто попробовал вживую, нормальный секс потом уже не интересует. Извращенец! Ее официальный парень – извращенец. Ужас! Пожалуй, лучше сменить тему. Иначе она просто свихнется.
– Как ты вообще смог взломать «Виртиссимо»? – спросила Тринни. – Уму непостижимо!
Лейн рассмеялся.
– Ты шутишь? Взломать «Виртиссимо» невозможно. И даже если бы такой умелец нашелся, от него в считанные секунды осталась бы лужица… Корпорации бы из-под земли его достали и стерли в порошок. Только бы никто не сомневался, что «прайвиси» неприкосновенно.
– Тогда… как?
– Я и сам не знаю. Я не собирался ничего такого… Вы в тот день были на работе, Ая попросила подождать мастеров-установщиков. А мне что, трудно? Дома никого не было. Мастера опаздывали, я стал рассматривать машину и увидел, что она не закодирована.
– И?
– Это было так странно… Машины же всегда кодируют. Я не удержался и запустил в нее программу-шпиона. Прости. Я не должен был…
– Что еще за шпион? – нахмурилась Тринни.
Лейн рассказывал совсем не то, что она планировала услышать. Значит, или он врет, или она ошиблась.
– Он позволяет… – Лейн замялся, – видеть. Наблюдать, понимаешь?
Наблюдать?!
– Ты… Ты!.. – задохнулась Тринни.
Наблюдать. Как это гадко, нет слов! Ее официальный парень не просто извращенец, а извращенец в квадрате. Тринни помолчала, стараясь взять себя в руки.
– И откуда у тебя та программа? – уже спокойнее спросила она.
– Написал на заказ. Она пользовалась спросом. Ну, знаешь, кому-то нравится наблюдать, кому-то – чтобы за ним наблюдали. Да не смотри ты на меня так! Без разрешения хозяина ее невозможно установить. Всё было с согласия клиента.
– Я что-то не помню, чтобы давала согласие.
Лейн опустил глаза.
– Я потом хотел ее убрать. Приходил специально. На следующий день. Но машина была уже закодирована…
Вот как. Оказывается, он дважды был в ее доме, несчетное количество раз – в ее постели, а она и не знала.
– И как же ты научился управлять виртами?
– Ты мне расскажи, Тринни.
– Что это значит?
– Я не знаю, как управлять виртами. Вернее, не так. Невозможно управлять виртами. Это программы. Они создаются, а потом начинают работать сами по себе. Вмешаться не получится никак. Всё, что происходит между человеком и виртом, остается между человеком и виртом. Иначе чего бы стоило наше «прайвиси»? Но однажды, когда я… – он снова замялся, – смотрел… Там был сюжет про яхту и молодого капитана…
Тринни вспыхнула. Тот сюжет она помнила очень хорошо – первый, который она испытывала на новой машине.
– Короче говоря, я вдруг провалился. И всё стало осязаемо… Это я был там, в каюте. Это я касался тебя, я…
