— Всё отлично Иньиго, — улыбнулся мне мужчина, — я молился и заглянул в ближайшую к дому церковь.
— Дядя написал письма, касающиеся тебя, так что нам остаётся только ждать, — рассказал я ему новости, — но я думаю три тысячи флоринов решат дело.
— Огромные деньги сеньор Иньиго, — он стал печальным, — я боюсь никогда не смогу их вам отдать.
— Томас! — притворно возмутился я, — я и не прошу от тебя этого! Это мой вклад в твоё будущее! Я, как и твой дядя, желаю для тебя лучшего и уверен, что тебя ждёт блестящая карьера!
Томас смутился, но я видел, что ему нравится представлять себя кем-то большим, так что мои слова ложились на весьма благодатную почву.
— Тогда обещаю тебе Иньиго, что никогда не забуду твою доброту, — он серьёзно посмотрел на меня, — хотя и понимаю, что в большей части твоё хорошее отношение, это заслуга дяди, а не моя.
— Томас не будем об этом, ты сам видел, как лучший друг бросил кардинала, став папой, — отмахнулся я, — так что давай не будем так далеко загадывать, пока я просто хочу устроить твою жизнь так, как ты этого заслуживаешь.
— Благодарю тебя Иньиго, — склонил он голову, — давай тогда помолимся за успех дела.
Отказать я в таком не мог, так что попросил его переместить меня с кресла на пол и он это аккуратно сделал, прежде чем мы принялись молиться.
Всё же деньги решают множество проблем, и покупка места приора монастыря Санта-Крус-ла-Реал для Томаса не стала исключением, буквально через пару недель после выплаты денег за него, мы получили грамоту с пожалованием Томасу этого бенефиция. Торквемада был счастлив и тут же отписал дяде, что я выполнил его просьбу и сам он отправляется на новое место службы.
Мне с ним в любом случае нужно было прощаться, так как сам я через три дня должен был уезжать в Аревало. Поэтому найдя для монаха повозку и охрану, я тепло простился со счастливым мужчиной, которой долго обнимал меня перед расставанием, благодаря за помощь. Но вот уехал он и вскоре в путь собрался и я, правда вместе с дядей, который сопровождал меня в поездке. Официально это было устроено, как инспекторская проверка условий проживания инфантов, имелась даже грамота, подписанная королём, правда в ней значился только он, а я ехал просто прицепом.
— Иньиго, всё равно я не понимаю, зачем тебе этот брак? — сразу обратился он ко мне, когда повозка выехала за город и мы покатились по бесконечной дороге.
— Кастилии нужны наследники династии Трастамара, — я пожал плечами, — иначе начнётся гражданская война всех со всеми. Изабелла я слышал красива, здорова и у неё большие шансы родить в будущем много крепких детей, а что касается Фердинанда, то он ближайший кандидат на корону Сицилии, после смерти Альфонсо V и воцарения на троне Хуана. Так что если она станет королевой Сицилии, а затем и Арагона, то их наследники будут иметь права и на трон Кастилии. Как вы знаете, у нас женщины могут править, в отличие от Арагона.
Дядя кивнул, это была общеизвестная информация, а правду ему о том, что Изабелла станет королевой Кастилии я просто не мог сказать, поскольку тут же возникнет слишком много вопросов ко мне, откуда я это знаю, вот и приходилось говорить, что она будет королевой, но Арагона, после брака с Фердинандом. Это было много понятнее и проще для восприятия.
— Пока же у нас правит Пачеко, его брат и его дядя, а также ещё несколько семейств, которые к ним приближены, — со вздохом согласился он, — молчу уже про нового выскочку.
— Вы дядя слишком скептически настроены против Бельтрана де ла Куэва, — улыбнулся я, — дедушка уже познакомил его с Менсией, так что я вижу, куда идёт дело.
— Думаешь он согласиться породниться с нами? — удивился епископ.
— Не вижу у него большого выбора, — хмыкнул я, — вы сами говорите, что он выскочка, пришлый при дворе, так что ему нужны союзники в борьбе за место рядом с королём. А Мендоса для этого подходят лучше всего.
Дядя покачал головой, и задумчиво сказал.
— Я на мгновение поймал себя на мысли, что сейчас разговариваю с доном Иньиго, а не тобой.
— Не беспокойтесь дядя, главой рода я точно не собираюсь быть, — улыбнулся я, — в моих планах стать богатым, а не выслушивать нытьё сотен родственников.
— А у тебя уже есть на этот счёт планы? — глаза епископа загорелись, поскольку, как и я, деньги он очень любил.
— Есть, но я буду их осуществлять уже в Аликанте, — признался я, — рискну своими деньгами, чтобы понять пойдёт дело или нет.
— Иньиго, знай, что всегда можешь рассчитывать на мою помощь! — твёрдо заверил меня он, — в отличие от Диего, мне без разницы откуда у тебя золото.
— О дядя, не беспокойтесь, — с улыбкой заверил его я, — на вас у меня свои планы и они весьма обширны.
— Это какие Иньиго? — забеспокоился он, — я простой епископ!
— Всё это временно, — улыбнулся я, — я уже сейчас смотрю и вижу вас в алой мантии.
Улыбка расплылась на лице епископа, он откинулся на скамейке и расправил плечи.
