К своему большому сожалению, от них же я узнал, что архиепископ Сарагосы — Далмау де Мюр-и-Сервеллон, с которым я так и не успел познакомился, умер и вот уже несколько месяцев это место вакантно. Оба при этом тяжело вздохнули, явно мечтая, чтобы оно досталось им, но я не стал их расстраивать и говорить, что у короля Хуана на этот счёт были свои планы.
— Ваше сиятельство! — лицо знакомого трактирщика, когда он меня увидел, расплылось в такой широкой улыбке, что казалось ещё чуть-чуть и оно треснет. Я не стал мудрить и приказал ехать к той же таверне, в которой останавливался в прошлый раз.
— Приветствую и я вас любезный хозяин, — чуть улыбнулся я ему, — приютите усталых путников?
Он даже ахнул от невозможности предположения, что может мне в этом отказать.
— Ваше сиятельство! Конечно! Разумеется! — заторопился он, начав гонять слуг, чтобы готовили для меня лучшие комнаты.
Пока мы располагались, пока распаковывали вещи, пока я думал, как лучше мне отправить свою просьбу королю об аудиенции, прибыл слуга из дворца, который передал мне письмо от королевы Хуаны, которая приглашала меня завтра вечером на ужин с Его высочествами.
Я даже оторопел от того, с какой скоростью во дворце узнали о моём прибытии, но тем не менее дал слуге пару золотых и ответ, что конечно я буду, как я могу отказать королеве и королю в подобной для меня чести.
— Хорошо ещё, что подарков закупили в Валенсии, — проворчал я вслух, — а то бы опять метались по городу высунув языки. Да Бартоло?
— Истинно так сеньор Иньиго, — поддакнул парень, стоявший рядом, — кстати ваше сиятельство, вы не могли бы дать мне и Глории завтра выходной?
— Зачем это? — удивился я.
— Она беременна, — покраснел он, — правильно будет, если мы наконец обвенчаемся, пока ребёнок не родился.
— Паула! — позвал я и девушка словно стрела примчалась ко мне с другого края стола.
— Дорогая, принеси мне пожалуйста тот футляр, — я пощёлкал пальцами, вспоминая, куда я мог его запрятать, — помнишь ты ещё ныла у ювелира, что хотела бы себе такие же кольца.
— Не ныла, а слёзно умоляла и пробовала растопить ваше чёрствое сердце, сеньор Иньиго, — надула губки девушка.
— Вот! Его мне и принеси! — обрадовался я, что она вспомнила какая именно вещь мне нужна.
— А ты Глорию пока позови, — проворчал я, пока Бартоло открыв рот смотрел на нашу с Паулой пикировку.
Через десять минут все были в сборе, я принял нужный мне футляр от сердитого демонёнка, которого почему-то все окружающие считали ангелом. Даже в таверне оставшиеся постояльцы, которые видели Паулу, открывали рты и замирали, когда она проходила рядом.
— В общем я не любитель трогательных речей и долгих бесед, — вручил я футляр с кольцами парню, — мой подарок на вашу свадьбу.
Едва Бартоло открыл его, как все вокруг ахнули, увидев сами кольца. Удивляться чему было, за этот шедевр ювелирного искусства я отдал больше тысячи флоринов.
— Будут трудные времена, разрешаю вам их продать, — я пытался отмахнуться от их благодарности, но парень и девушка упали передо мной на колени и заливаясь слезами, благодарили меня за проявленную щедрость.
Мне с трудом удалось их успокоить и благословить, заодно шепнув Бартоло, чтобы написал родителям письмо об этом. Кардинал будет точно в бешенстве, но хотя бы у него будет время остыть и обо всём спокойно подумать, когда парень вернётся-таки в Рим. Мой секретарь явно подумал о том же, поэтому кивнул и сказал, что сразу после свадьбы отправит письмо, обратившись в банк.
— Эх, а как бы они подошли мне и моему избраннику, — когда молодые люди, получив отгулы на всё время пребывания в Сарагосе ушли, я услышал недовольное бухтение рядом.
— Ты и так выглядишь словно дикарь, обвешанный стеклянными бусами, когда надеваешь все украшения из моей ювелирной шкатулки Паула, — покачал я головой, — ну что за отсутствие вкуса! Ты же воспитанная девушка!
— У кого я бы обучалась хорошим манерам, сеньор Иньиго⁈ — распахнулись её прекрасные карие глаза, — я же зарабатывать и учиться стала, только когда у меня появились богатые… эм… ухажёры.
— Хм, — задумался я, признав её правоту, — это нужно и правда исправить.
— Я, под вашим чутким руководством сеньор Иньиго, на всё согласна, — попыталась подлизаться ко мне она.
— Спать будешь в отдельной комнате, — отрезал я, понимая её намёки, — ты храпишь.
— Я⁈ — изумилась миниатюрная и стройная девушка.
— Да ты, — я соврал и даже глазом не моргнул, — так что для тебя выделена отдельная комната, под охраной.
Паула тяжело вздохнула и сделав вид, что обиделась, пошла к Бернарду, явно чтобы опять на меня жаловаться флегматичному швейцарцу.
Прежде чем попасть на ужин к королю, я решил лично познакомиться с епископом, рекомендательные письма к которому мне дали епископы Борха. Так что сразу утром, отправился в главный собор, чтобы послушать его речи, во время проводимой им мессы, а затем послушать пение хора, который собрал и спонсировал ныне покойный архиепископ Сарагосы.
