Четверка бронзы, не дав им передохнуть, повел пиратов по едва заметным тропинкам. Идти в промокшей одежде было очень холодно. Ночь стояла весьма прохладная, да еще и ветреная. Девушки ежились и постукивали зубами, пока Трорвль и Эртль не додумались накинуть им на плечи свои куртки. Трорвль на Чиируну, а Эртль на Талису. Девушки ответили им благодарными взглядами. Тиотерн тоже попытался передать свою куртку Лайане, но та покачала головой:
— Я привычна к холоду.
Минут через десять беглецы вышли к краю леса. Перед ними раскинулось поле воздушного порта. Метрах в четырехстах Лайана разглядела каплевидный баллон «Беспечного странника».
Четверка достал из кармана часы, откинул крышку.
Чуть светящиеся фосфоресцирующие стрелки показывали двадцать четыре — двадцать. До полуночи меньше часа.
— Ждем здесь двадцать минут, потом подбираемся поближе, — распорядился проводник.
— Вопрос можно? — спросила Лайана.
Тот кивнул.
— Неужели так просто сбежать из гостиницы?
— Совсем не просто. Вокруг нее три поста. Двери заперты, дежурные на этажах и на входе.
— И открытый люк в канализацию?
— Запертый на висячий замок люк в канализацию в запертой на ночь кухне.
— Хм…
Они замолчали. Пираты сгрудились тесной кучкой, обогревая друг друга. Талиса с Чиируной оказались в серединке. Талиса благодарно уткнулась лицом в грудь обнимающему ее Эртлю. А Чиируна прижалась к Трорвлю, засопела, взглянула на парня снизу вверх и, решившись, обхватила его руками и плотно обняла. Трорвль тоже обнял ее бережно-бережно, поправил на спине попытавшуюся съехать куртку.
«Если бы не вонь, это было бы даже романтично», — подумала Лайана.
По полю они пробирались очень осторожно. Где короткими перебежками, пригнувшись к самой земле, где ползком.
Остановились метрах в ста от корабля. Его баллон неясным призраком отблескивал в свете Янтаря. Пиратам повезло с лунами: главный ночной прожектор ночного неба — Синь, тоненьким серпиком висела у западного горизонта. Так что нетрудно было прятаться в тенях единственной яркой луны.
Четверка бронзы опять достал часы и сверился со временем. Тихонько прошептал:
— Скоро. В пятнадцать минут первого должно начаться. Смотри на экипаж.
Лайана повернулась к стоящей поодаль от корабля темной карете с сонно понурившимися лошадьми.
— Там спят охранники, — пояснил «колодовец». — Двое дежурят на корабле, трое отсыпаются, один караулит.
Да, возле экипажа прохаживалась одинокая фигурка.
Вдруг в нескольких метрах за ней выросла еще одна. Метнулась вперед. Раздался короткий сдавленный вскрик и на ногах остался только один. Нападавший тенью скользнул к карете, заскочил внутрь. Лишь напрягши слух, Лайана различила звуки тихой возни и хрипы.
— Жестко вы… — прокомментировала пиратка.
— Приходится, — ответил мышенорец.
— А те, что на корабле?
— Ими должны заняться ваши, если решатся. Мы передали записку с планом рыжебородому.
— Уберд решится, — улыбнулась Лайана.
Колодовец странно внимательно на нее посмотрел.
— Я надеюсь, что мы поступаем правильно, — медленно сказал он. — Летите в Твердыню или Мышенорск. И расскажите там, кто вы такие на самом деле.
Лайана кивнула.
И в этот момент лицо ее собеседника озарил оранжевый всполох. Быстро обернувшись, пиратка увидела, как яркие языки пламени охватили здание конторы порта. Послышались отдаленные крики.
— Пора! К кораблю! — скомандовал Четверка бронзы. — Мы отстегнем швартовые. И — прощайте! Удачи в пути!
Они успели долететь до границы.
Преследующим их фрегатам оставалось всего полторы лиги, чтобы открыть огонь, но им навстречу уже летело два военных корабля Мышенорска. Конечно, флот у этой крошечной страны был совсем маленький, но начинать войну из-за каких-то сбежавших торговцев, пусть даже очень подозрительных и явно связанных с враждебным государством, клинковцы не собирались. Слишком большая сила стояла позади Мышенорска. Твердыня.
Именно туда и направила Лайана свой корабль.
От клинковских шпиков Уберд отделался без тени сомнения. Уж очень зол на них был глава абордажников. Впрочем, как и весь остальной экипаж. Клинковцы все это время слонялись по кораблю, что-то вынюхивали, задавали каверзные вопросы, удивлялись, почему это Уберд и Брагн плохо говорят на центромирском. Правда, на это рыжебородый кочевник ответил, что они лишь недавно из степи, нанялись охранниками к торговцам. А напоследок, сегодня днем, клинковцы совсем распоясались! К кораблю подкатило две кареты, и корабль вновь окружили солдаты с ружьями. Под их охраной агенты жандармерии учинили на корабле форменный обыск. Хорошо, что Лайана, когда корректировала чертежи корабля, придумала несколько великолепных тайников. Ни один из них не был найден, и хранящиеся в них золото, драгоценности и таинственный кинжал остались в сохранности.
Так что вполне понятно, что Уберд с удовольствием отвел душу. Он так основательно приложил котелковца по голове, что неизвестно, чем это для него кончится. А после этого рыжий гигант, подхватив тело подмышки, выволок его на открытую галерею и как мешок выбросил на землю.
