Моряки были учтивы, любезны, предупредительны, но за внешней корректностью скрывалось презрение, и не было в общении с Мормалем той теплоты и доброжелательности, с которой они после шторма стали относиться к пассажирам. А Пираты начали утонченно издеваться над стукачом. Особенно в этом преуспел Оливье. Стоило де Мормалю приблизиться, Оливье начинал разглагольствовать, бахвалиться, мешая в своей речи высокопарные монархические монологи и отборнейшие ругательства в адрес предательства. Желторотые и барабанщик простодушно внимали рассказам де Невиля. Ролан, мечтавший о синем плаще, излагал воспоминания мушкетера в своих мемуарах, а прочие посмеивались, предоставляя барону право забалтывать Мормаля.
Серж де Фуа не сказал желторотым, кто именно его предупредил о стукаче: этих мальчишек он впервые увидел на пирушке у грот-мачты. Но Бофору он сразу шепнул о предупреждении Конде и герцогини Орлеанской. А когда предупреждают сразу и командир и возлюбленная — это уже серьезно. Кроме Бофора, Серж предупредил и Бражелона. 'Я не сказал им, но тебе-то я могу сказать' . — "О чем ты, Серж? ' — ' Вернее, о ком. О стукаче. Это серьезнее, чем вы думаете. А ты, я вижу, уже забыл". — "А, вот ты о чем… Ну, можешь и мне не говорить, раз дал слово' . — 'К тебе это не относится. Что Мормаль стукач, мне сказал сам Конде' . — 'Конде? Это действительно серьезно. У Конде разведка что надо' . — 'Не всегда разведка Конде было что надо. Иначе он не дал бы так глупо захватить себя и не угодил в тюрьму… знаешь, когда' . — `'Из прошлых ошибок надо извлекать уроки, что и сделал его высочество принц Конде. Это все? ' — 'Нет, не все. Еще меня предупредила Она… ' Серж не назвал возлюбленную по имени, но Рауль сразу понял, о ком идет речь. Кто-кто, а дочь Гастона посвящена во многие заговоры и интриги.
А Гугенот подлил масла в огонь, сообщив, что и гасконец называл ему это имя. Гугенот немного схитрил — Д'Артаньяна он не видел, капитан предупредил о Мормале значительно раньше, и не только его, а всех своих мушкетеров. Но Гугенот очень хотел, чтобы Д'Артаньян и Бофор в будущем забыли свои разногласия и стали друзьями, и старался расположить окружение герцога в пользу гасконца. Тут и Оливье припомнил, что уже слышал это имя от Д'Артаньяна. "И я слышал это имя, и тоже от Д'Артаньяна, — сказал Рауль, — Но где, когда, при каких обстоятельствах — хоть убейте, не помню' .
И, хотя он мысленно восстанавливал в памяти все свои беседы с гасконцем, имя Мормаля выпало из этих бесед. Провал в памяти. А он еще хвастался своей памятью! Просто свинство — помнить до мельчайших подробностей то, что очень хочешь забыть, а такое важное обстоятельство вылетело из головы. Раулю казалось, что, если он сейчас вспомнит, когда Д'Артаньян назвал ему имя стукача, это даст ключ к разгадке этой невзрачной и гнусной фигуры. Но какая-то невидимая резинка, вроде той, которой Люк подправляет свои зарисовки, стерла в его памяти время, место и обстоятельства, при которых гасконец назвал ему имя Мормаля.
И вездесущему Гримо имя Мормаля не было знакомо. Старик тщетно чесал свою лысину и пожимал плечами. "И рад бы помочь, да не припомнить. Нет, не помню, — сокрушенно говорил Молчаливый, — Мор-маль, Мор-маль… Нет, не помню, мой господин…На 'Мор' я помню только… того… демона… ' — тут бедняга менялся в лице, даже спустя столько лет воспоминание о Мордаунте внушало ему ужас. Вот что резинка должна бы стереть в твоей стариковской памяти, мой бедный Гримо. "А знаете, сударь, они чем-то похожи! ' — 'Мормаль и Мордаунт? — спросил Рауль, — Да иди ты, ничего общего!" Он не стал конкретизировать, не желая усугублять мрачные воспоминания старика. "Похож, — упрямо повторил Гримо, — Я вам точно говорю!"
…Рауль с досадой стукнул себя кулаком по голове. `'Какая муха тебя укусила?" — лениво спросил Оливье, сдавая карты. "Забыл, все забыл. О, почему я такой беспамятный дурак! ' — 'Брось, приятель, не мучайся, — сказал Серж, — это как с потерянной вещью: ищешь, ищешь, все перероешь, а потом находится сама". — "Потерянная вещь иногда находится с опозданием, — возразил Рауль, — Может быть, и я вспомню, когда будет уже поздно' . — "Тихо, ребята, сейчас будет потеха' , — предупредил Оливье.
Пираты учтиво, но холодно приветствовали Мормаля. Тот явился в рыжеватом парике и костюме цвета зеленого горошка, с довольно аляповатыми украшениями. Серж любезно предоставил Мормалю играть вместо него, подталкивая потихоньку локтем Бражелона, и они вместе занялись наблюдениями.
— Какие ставки, господа? — спросил Мормаль.
— Разве вы не знаете, сударь, что пиратский кодекс запрещает играть в карты на деньги? — сказал де Невиль.
— На что же вы играете? — спросил Мормаль.
— На исполнение желаний, — ответил барон, — Мы придумываем разные глупости для потехи.
— И проигравший должен исполнить?
— Безусловно, если вы честный человек. Например, этот юноша,… Что ты делал, Жюль?
— Я залез на марсовую площадку и кричал петухом, — сказал Жюль.
