Помню, один пенсионер прикалывался. Звонил в программу «Слово местному депутату» Гордореченского телевидения и в каждом выпуске задавал очередному приглашенному народному избраннику один и тот же вопрос «Какая у вас зарплата?». Представляете, из 16 опрошенных никто просто и честно не назвал сумму. Реакции были различные: шутки, ругань, обвинение в происках оппонентов, заявления типа «моя зарплата в 4 раза меньше довольствия депутата Госдумы. Можно подумать, кто-нибудь в народе знает, какая там зарплата. После 16 звонков дедка просто перестали соединять со студией, остальным 10 депутатам повезло.
Ладно, что-то я расфилософствовался. Слова такого в словаре нет, ну и пусть, зато от души.
Придя в штаб, понял, предчувствие не обмануло.
Два дня назад руководство обрадовало новостью, у нас будут пикеты. Срочным порядком были набраны группы из активных и миленьких девочек. В задачу их входил сбор наказов избирателей будущему депутату, раздача календариков и литовок. Всего по городу планировалось выставить 5 пикетов на самых оживленных улицах и перекрестках. Примерно по 4-6 человек в каждом. На сегодня был назначен инструктаж.
Инструктировать должны были я и Максим. Но неожиданно влез Вильич. Мужику очень хотелось показать всем, что он в гуще событий и не чурается пообщаться с рядовыми бойцами политического фронта. Это было хуже всего.
– Запомните, пикет – это маленькое представление. Вы должны увлечь избирателя в свое уличное действо! Вы скоморохи от политики! – многозначительно вещал Досвиденье, для убедительности размахивая кирпичеообразным мобильником.
Нижняя пуговица на его рубашке отстегнулась, и волосатый живот стремился выбраться наружу из плена, в котором его держал высоко вздернутый ремень. Волосы растрепались. Начальник штаба чем-то был похож на Ленина, если бы тот все-таки стал юристом и питался исключительно гамбургерами и жареной картошкой. Мы с Максом понимали, что девушек, которые считали себя почти топ-моделями, работающими на промоушн-акции, сравнения с уличными скоморохами мало вдохновляли, как и манеры инструктора. Так можно и весь актив растерять, не спасут даже высокие заработки.
– Мы достанем бубны, они еще есть в детских садиках, игрушечные правда, но греметь могут! Раздадим их вам! Все должно быть шумно, ярко и необычно!!! Всем все понятно? Ну, удачи. Мы победим!! Вы согласны?
Народ безмолвствовал. На этой мажорной ноте начальник удалился, свято уверенный, что молчание означает знак согласия, а потрясенная аудитория еще не пришла в себя для награждения оратора бурными овациями. После паузы минуты в две самая длинная девушка, очевидно, неформальный лидер всей группы, сказала:
– Классический «новый русский», как из анекдотов. Ребят, вы меня, конечно, извините, но на такую работу я не подписывалась. Я, пожалуй, пойду.
– Девчонки, все в порядке, просто наш лидер отошел от реальных дел уже давно. Уверяю вас, он замечательный теоретик и отличный мужик. Работать будете, как мы и договаривались. Побольше улыбок, явная заинтересованность судьбой избирателя, сбор наказов, раздача цветного картона. Оплата почасовая.
– Ага, а потом ваш начальник придет и скажет, что мы делаем все не так и ни фига не заплатит, – крикнула маленькое существо с курносым носом. Про таких обычно говорят «голос из толпы».
Благодарности Вильичу не было предела! Талант, всего несколько фраз – и толпа пикетчиц уже готова разбежаться как антиглобалисты из разоренного МакДональдса.
– Переговоры с ним мы берем на себя, я обещаю, что деньги всем заплатят.
После еще получасового препирательства нам удалось сохранить 70 % первоначального состава, ушли самые недоверчивые. Ну и пусть, спишем на естественный отбор. Надо пустить слух, что к Вороновичу не всех берут агитаторами, а ушедшие девушки не прошли кастинг по внешним данным.
А когда я буду большим и страшным олигархом, Досвиданье даже швейцаром не возьму! Представление насоливших вам личностей в неприглядном свете – есть самый лучший тип защитного психологического тренинга, так было написано в каком-то журнале!
День закончился хорошо, с нами расплатились за первый обход агитаторов и расклейку листовок. Если учесть, что мы парни не сильно жадные, мы оставляли себе каких-то 30 процентов от всего оборота. Мелочь, а приятно: у меня в доме начинал формироваться личный форт «Нокс». Пока он состоял из небольшой пачки пятисотрублевых купюр.
Завтра с Максимом едем получать разрешение на пикеты в мэрию. Кстати, председатель МП Петя теперь тоже там. Он совершил очередной карьерный скачок. Администрации понравилось чувство контроля над молодежью, рождаемое Петиными отчетами. Теперь у него маленький кабинетик, небольшая, по меркам чиновников, зарплата и гордая запись в трудовой книжке «советник мэра по молодежной политике». Максим страшно боится мести Петра, в его глазах тот теперь всемогущий госслужащий, обладающий тайными нитями власти.
