«Мы жили в тайге, в зоне вечной мерзлоты. Обстановка была очень напряженная. Постоянно приходилось вести борьбу с японскими диверсантами и остатками белогвардейских банд. Часто среди ночи объявлялась боевая тревога, Ганибесов вскакивает, снимает винтовку и во главе вооруженного отряда преследует бандитов, которые алчно старались захватить золото. Неоднократно были покушения на жизнь парторга. Однажды пришло к нам в дом страшное горе. Мы потеряли единственного сына, одиннадцатилетнего мальчика. Вредители заразили речку Унду (близ Шахтомы) стойкой дизентерийной палочкой. Дети, в том числе и наш мальчик, искупались в Унде и напились воды. Мы сделали все, чтобы спасти сына. Но все было напрасно. Он умер на девятый день. Всего за две недели схоронили на прииске 380 детей. Потом заражали скот сибирской язвой. Василий Петрович поднял на ноги всю округу, чтобы разыскать вредителей».
С утра до ночи парторг Ганибесов на шахте. Ночью записывает события дня в записную книжку. То, что происходит в Шахтоме, интересно рассказать людям. Борьба с врагом, стихийными бедствиями, борьба партии за нового человека — все это события огромного значения.
А какие здесь люди! Что стоит одна «Булыжиха», бригадир женской бригады. Беспокойная, неуживчивая, сварливая Булыжиха, не желавшая работать, — теперь в первых рядах старателей! Так рождался замысел романа «Старатели». Ганибесов много сил вложил в это произведение, переделывал несколько раз. А когда получил шестимесячный отпуск, работал так, что совсем не щадил себя. Он писал жене:
«Работаю с 11 часов утра до 5 вечера. Обедаю, сплю и с 10 вечера до 5—6 часов утра снова пишу. Нельзя же скомкать, ведь тогда забракуют, и все пропадет».
«Все пропадет» — Ганибесов имел в виду не свой титанический труд. Речь шла о том интереснейшем жизненном материале, который лежал у него под рукой.
Эту мысль подтвердить можно выдержкой из письма Ганибесова к Ставскому:
«Трудно мне судить «Старателей», я не вижу их со стороны, надо мной все еще довлеют живые, действительные старатели, они перемешались во мне с моими героями. Может быть, надо было подождать писать «Старателей», время притупило бы впечатления, ослабило бы их, и я бы выдумал стройный сюжет согласно требованиям классического романа. Но я не мог не писать. Все во мне было на дыбах. Мне хотелось скорее запечатлеть в книге живую историю наших дней, историю, показывающую, как народ, освобожденный революцией, очищается от скверны прошлого и поднимается к вершинам огромной человечности. Героем «Старателей» является народ. «Старатели» выступают творцами новой жизни, новой культуры, в них пробуждаются большие человеческие страсти и чувства».
Судьба романа очень волновала Ганибесова. С фронта Великой Отечественной войны он писал жене: «Храни и исполняй мои заветы, береги и добивайся напечатания книги «Старатели». И еще раз: «…Выполняй мои наказы: «Старатели» — памятник нашему сыну…».