— Ты куда? — Савелий берёт меня за локоть, настигая меня в несколько шагов.
— Я домой. Мне срочно нужно домой. Бабушка будет переживать, что я ещё не дома. Это очень плохо, — бормочу себе под нос. — Она, наверное, меня потеряла.
Я бормочу, нервно кусая нижнюю губу и всхлипывая. Мне до ужаса сильно хочется плакать от отчаяния.
— Ты не можешь ей позвонить? — спрашивает с удивлением молодой человек,
— Мой телефон был в куртке.
— Ты номер телефона знаешь наизусть? — мягко улыбается молодой человек.
— Да. Знаю. Я пойду. Спасибо за куртку, — я снимаю верхнюю одежду и протягиваю Савелию.
— Держи, милашка, — вместо того, чтобы забрать куртку, молодой человек протягивает мне телефон. — Позвони бабушке, чтобы не трястись так.
— Спасибо огромное! — с горячей благодарностью выдыхаю я. — Спасибо!
Я набираю номер телефона бабушки, боясь, что она не ответит на незнакомый номер. Но она отвечает практически сразу.
— Я Вас слушаю.
— Бабулечка, привет, — говорю виноватым тоном. — Это я. Катя.
— Катюня! Боже! Внучка, ты где? С тобой всё хорошо?
— Бабулечка, со мной всё в порядке. Я просто была в библиотеке. Готовила проект по философии. Забылась. Прости, бабуля. Прости, прости, прости! — повторяю в отчаянии.
— Хорошо, Катюня. Хорошо. Я услышала твой голосок, успокоилась. А почему с незнакомого номера звонишь? Что-то с твоим случилось?
— Я потеряла.
— Ничего страшного, родненькая. Сегодня у меня пенсия. Купим тебе новый.
— Не стоит, бабуля. Не стоит. Я не хочу, чтобы ты тратилась. Я скоро буду дома, — говорю с нежностью единственному родному и самому любимому человеку.
— Хорошо, Катюня. Жду. Я вареники приготовила.
— Целую. Люблю.
Я протягиваю телефон Савелию, он накрывает мои холодные пальцы ладонью, согревая ледяные пальцы. Я вздрагиваю. Смотрю на молодого человека с удивлением. Парень смотрит на меня внимательно. В его глазах я замечаю странную эмоцию, походящую на вину или жалость.
— Катя, давай, я отвезу тебя домой, — улыбается мягко, смотря на меня всё тем же странным взглядом.
Моя голова почему-то безумно тяжёлая, мне хочется лечь, завернуться в одеяло и заснуть. Я зеваю. Прикрываю рот ладошкой, жмурю глаза.
— Пожалуйста, — прошу молодого человека. — Я очень хочу домой.
— Хорошо. Пойдём, — парень снова накидывает мне на плечи куртку.
Он закидывает мне руку на плечи, будто обнимает, ведёт меня куда-то. С каждым новым шагом я соображаю всё тяжелее. Голова становится более чугунной, неподъёмной.
Парень усаживает меня в машину, пристёгивает, захлопывает дверь. Я откидываю голову назад, затылком упираюсь в подголовник. Глаза закрываются, мне кажется, что я начинаю проваливаться в сон.
Дверь с моей стороны снова открывается, меня отстёгивают, дёргают в бок. Я распахиваю глаза, взмахиваю руками, пальцы тут же находят каменные предплечья, чтобы вцепиться в них.
— Я не ясно тебе сказал, мышь? — рычит с яростью Дамир, встряхивая меня за плечи.
Куртка Савелия слетает на землю, но я замечаю это на грани сознания. Я огромными глазами, с испугом, смотрю на Дамира. В его разъярённое лицо, на котором глаза кажутся пугающе прожигающими. Испепеляющими.
Меня до этого колотило. Сейчас же жар отошёл на второй план.
Напротив. Сейчас мне жарко. Горячо.
Я чувствую, как горячие ладони жгут. До самых костей. Сквозь ткань свитера.
Я судорожно хватаю воздух. Прикрываю глаза, пытаясь спрятаться от взгляда Дамира.
Почему я так реагирую на него? Почему его близость вызывает такую реакцию?
Слабость и ломота в теле сменяется чем-то иным. Волнением. Жаром в каждой клеточке. Томлением.
— Я задал вопрос, мышь серая! — рычит ещё злее, дёргая меня вперёд, из-за чего я лицом врезаюсь в его грудную клетку.
Запах молодого человека заполняет лёгкие под завязку. Горькая вишня, костёр и грецкий орех. Запах восхитительный. Сильный. Я не чувствую ничего кроме него.
Даже яркий запах кондиционера, который исходил от куртки Савелия и впитался в мой свитер, меркнет.
Интересно… Почему я не чувствую запахи тел других, а на запах Дамира реагирую столь остро. Я чувствую каждую его нотку. И самое ужасное, что хочу втягивать его снова и снова.
— Мне очень нужно домой, — говорю подрагивающим шёпотом. — Меня очень ждут.
Молодой человек сжимает мои плечи с такой силой, что голова идёт кругом. Слабость в теле становится ещё сильнее. Ноги дрожат. Подкашиваются. И сейчас я очень рада, что Дамир меня так крепко держит, не позволяя мне упасть.
— Я же ясно сказал, чтобы ты меня ждала! — повторяет уже менее зло.
— Я просто хочу домой.
— Мир, не дури, — слышу голос Савелия откуда-то со стороны.
Он доносится до меня словно сквозь толщу воды. Приглушённый. Больше походящий на белый шум.
— Я сам отвезу её, Сава, — говорит сипло молодой человек, ставя, наконец-то, меня на ноги.
Дамир поднимает куртку и закидывает её на переднее сиденье машины Савелия.
— Пока, — молодой человек почти грубо подхватывает меня на руки.