Этим общеизвестным действиям Власова нет и не может быть оправдания. В истории России и Отечественной войны Власов был и остаётся не идейным перебежчиком и не борцом с
…Очернение с целью “изничтожения проклятого тоталитарного прошлого” Отечественной войны и десятков миллионов её живых и мёртвых участников как явление отчётливо обозначилось ещё в 1992 году. Люди, пришедшие перед тем к власти, убеждённые в необходимости вместе с семью десятилетиями истории Советского Союза опрокинуть в выгребную яму и величайшую в многовековой жизни России трагедию — Отечественную войну, стали открыто инициировать, спонсировать и финансировать фальсификацию событий и очернение не только сталинского режима, системы её руководящих функционеров, но и рядовых участников войны — солдат, сержантов и офицеров.
Тогда меня особенно впечатлили выпущенные государственным издательством “Русская книга” два “документальных” сборника, содержащие откровенные передержки, фальсификацию и прямые подлоги. В прошлом году в этом издательстве у меня выходил однотомник, я общался там с людьми, и они мне подтвердили, что выпуск обеих клеветнических книг считался “правительственным заданием”, для них были выделены лучшая бумага и лучший переплётный материал, и курировал эти издания один из трёх наиболее близких в то время к Б. Н. Ельцину высокопоставленных функционеров.
Ещё в начале 1993 года мне стало известно, что издание в России книг перебежчика В. Б. Резуна (“Суворова”) также инициируется и частично спонсируется (выделение бумаги по низким ценам) “сверху”…»
На этом затянувшуюся цитату, мне кажется, можно прервать.
Писатель Николай Черкашин, общавшийся с Богомоловым, в своих воспоминаниях о нём («Российская газета». 2007. 11 сентября) писал: «В последние годы жизни Владимир Богомолов работал над публицистическим романом о генерале Власове. Для него это был враг № 1— предатель. И он проверял Власова, равно как и тех, кто его окружал, с дотошностью капитана Алёхина, добиваясь момента истины, заводя на каждого из них своё следственное дело, и, завершив его, подшивал архивную справку о месте захоронения того или иного невыдуманного персонажа.
— Власов — такая гнида была! — искренне возмущался Богомолов всякий раз, когда речь заходила об его антигерое. — Сегодня его пытаются поднять на щит, сделать национального героя. Но вся аргументация — это окаменелое дерьмо геббельсовской пропаганды».
Жил Владимир Богомолов с семьёй в Москве. В 1956 году от первой жены Светланы Филипповны Суворовой (1924–2012) родился сын Александр.
Умер Владимир Осипович Богомолов от тяжёлого онкологического заболевания 30 декабря 2003 года. Похоронен на Ваганьковском кладбище.
Меня потрясла эта короткая новелла сразу и навсегда. И когда я перечитываю её — а перечитывать её можно как стихотворение, — каждый раз переживаю то же волнение.
Вспоминаю: ночью мы на автобусе пересекали польскую границу, и водитель усталым голосом объявил, что следующая остановка будет в Белостоке, и, услышав это слово, прозвучавшее как пароль, я потом не отрывался от окна до самой остановки, но ничего, кроме леса и ночной обочины, не увидел…
Католические — в одну поперечину — кресты и старые массивные надгробья с надписями по-польски и по латыни. И зелень — яркая, сочная, буйная.
В знойной тишине — сквозь неумолчный стрёкот кузнечиков — не сразу различимый шёпот и еле слышное всхлипывание.
У каменной ограды над могилкой — единственные, кроме меня, посетители: двое старичков — он и она, — маленькие, скорбные, какие-то страшно одинокие и жалкие.
Кто под этим зелёным холмиком? Их дети, может, внуки?..
Подхожу ближе, и уже явственно — шёпот:
Wieczne odpoczywanie racz mu dac Panic[42]…
А за кустом, над могилой, небольшая пирамидка с пятиконечной звёздочкой. На выцветшей фотографии — улыбающийся мальчишка, а ниже надпись:
«Гв. сержант Чинов И. Н. 1927–1944 г.».
Смотрю со щемящей грустью на эту задорную курносую рожицу и на старых-стареньких поляков и думаю: кто он им?.. И отчего сегодня, пятнадцать с лишним лет спустя, они плачут над его могилой и молятся за упокой его души?..
1963
Тринадцать лет до бессмертия. Нижне-Волжское книжное издательство, 1975.
