Немногим известно, что до Тарковского повесть «Иван» пытался вывести на экран режиссёр Эдуард Абалов. Сценарий писал Михаил Папава совместно с автором повести. Снимали на «Мосфильме». При просмотре первого монтажа обнаружилось вольное обращение со сценарием. В ходе съёмок, без согласования с автором повести, режиссёр изменил сюжетные ходы, «выправил» финал, сделав его более мажорным, в духе, так сказать, времени. К примеру, Иван остаётся жив и после войны с женой едет осваивать целину… Богомолов посмотрел и сказал: «Нет». Фильм в прокат не вышел. К кино тогда относились серьёзно, строго. Особые требования предъявлялись к экранизациям художественных произведений. Халтура проходила редко. Если уж взялся за экранизацию романа или повести, даже рассказа, то изволь следовать тексту и сюжету, к литературе не относились как к материалу, с которым можно поступать и так и этак…
После публикации в журнале «Новый мир» романа «Момент истины» за работу над его экранизацией принялся известный, талантливый и модный тогда литовский режиссёр Витаутас Жалакявичюс[41]. В одном из редких интервью Богомолов сказал: «Жалакявичюс непонятно для чего заставил актёров неделю или больше не бриться, снимал их со щетиной на лицах, с закатанными выше локтя рукавами, без ремней, с расстёгнутыми до пупа гимнастёрками. Они действительно походили на арестантов с гауптвахты. Причём время от времени, неожиданно со злыми лицами, применяли друг к другу боевые приёмы. Во всём материале режиссёром была осуществлена вестернизация: герои двигались и говорили, как ковбои в “Великолепной семёрке”».
Много позже, в 2000 году, белорусский режиссёр Михаил Пташук повторил попытку снять фильм по известному роману. Лента вышла на широкий экран под названием «В августе 44-го». Когда работа была закончена, Богомолов посмотрел её и попросил убрать своё имя из титров — ключевые эпизоды, на которых держался и сюжет, и основная интрига, по его мнению, оказались проваленными. Свою позицию пояснил так: «Персонажи лишились психологических характеристик, ушёл мыслительный процесс, в силу изъятия и оскопления большинства эпизодов и кадров появились порой абсурдные нестыковки и несуразности, при этом картина оказалась лишённой смыслового шампура, оказалась примитивным боевичком с изображением частного случая, что ничуть не соответствует содержанию романа».
Неуступчивый характер Богомолова не раз проявлялся и во взаимоотношениях с издателями. В 1970-е годы югославское издательство заключило договор на перевод и тираж романа «Момент истины». До автора дошла информация, что в процессе перевода на сербохорватский язык затронут текст и смыл «сильно отходит от оригинала». Богомолов тут же написал письмо Иосипу Броз Тито, и руководитель Югославии отдал распоряжение приостановить издание. Книга в Югославии так и не вышла.
Не сложились и взаимоотношения с польскими издательствами. Поляки не приняли в романе главного — собирательного образа Армии Крайовой. Армия Крайова, характер её действий на территории Западной Украины, Западной Белоруссии и в Прибалтике Богомоловым подана в резко отрицательных тонах. Что, впрочем, соответствовало действительности. В документах судебного процесса о преступлениях формирований Армии Крайовой говорится: «В результате террористической деятельности АК-NIE в период с 28 июля по 31 декабря 1944 года убито 277 и тяжело ранено 94, а в период с 1 января по 30 мая 1945 года убито 314 и тяжело ранено 125 солдат и офицеров Красной Армии». Богомолов цитировал эти документы, свидетельствующие о чудовищных преступлениях Армии Крайовой в те дни, когда Красная армия и 1-я армия Войска Польского наступали в направлении Варшавы. К 1 августа 1944 года ударная группировка левого крыла 1-го Белорусского фронта Маршала Советского Союза К. К. Рокоссовского вышла к Варшаве. И что же? «Истинные» поляки стреляли своим освободителям в спину.
Сейчас польские историки и публицисты, стараясь угодить Европе, подняли на вилы историю о якобы преднамеренной остановке войск Рокоссовского на Висле перед Варшавой. Варшава восстала по приказу польского эмигрантского правительства в Лондоне. Восставшие хотели показать всему миру, что они сами освободили свою
Нелепость обвинений поляков в бездействии Красной армии перед Варшавой давно доказана нашими историками и военными. К тому же Рокоссовскому приходилось отвлекать с фронта целые дивизии, чтобы зачистить от формирований Армии Крайовой свои тылы. На некоторых участках эту непростую работу выполняли подразделения и отдельные группы НКВД и Смерша. Об одной из таких операций и рассказал Владимир Богомолов.
С появлением романа «Момент истины» русская литература обогатилась настоящим шедевром.
