<p>Все рисунки костюмов, гримов и вещей мы получили. Спасибо за точность, ясность. Наслаждение работать при таких условиях. Не хватает только костюмов обойщиков. Простите за долгое молчание и за плохое писанье.</p>Окружен красками, гримом, так как пишу в антрактах спектакля. Жму Вашу руку. Кланяюсь всем Вашим.
К. Алексеев
<p>От моих низкие поклоны.</p>430*. A. H. Бенуа
9 декабря 1912
Москва
<p>Дорогой и глубокоуважаемый</p>Александр Николаевич!<p>До первого спектакля "Екатерины Ивановны" – костюмеры, бутафоры и проч. – заняты.</p>Только сегодня выяснилось, что премьера состоится 15 декабря. Таким образом, 16-го мы можем уже начать что-то делать. Ждем Вас 16-го утром, в час дня, в студию.<p>До этого времени едва ли решится вопрос о Каратыгине<sup>1</sup>. Вы даете тон спектаклю и потому можете выбирать, кого Вам нужно. Но следует принять во внимание одно обстоятельство, а именно: музыку придется приноравливать к перемене декорации. Это выяснится на многих репетициях. Придется то удлинять, то укорачивать отдельные части пантомимы, в зависимости от закулисных работ. Для этого надо непременно быть на самых репетициях, смотреть и применяться, т. е. надо жить в Москве. Есть и еще одно обстоятельство. Пока мы искали музыку Шарпантье<sup>2</sup>, пришлось, на всякий случай, заказать многим музыкантам пробы. Большинство провалило, но один, до известной степени, выдержал пробу. Хотелось бы, чтобы Вы его прослушали и либо приняли, либо отвергли. Фамилия композитора – Поль. Он родственник Саца и следил и знает принципы работы покойного, хорошо применившегося к нашему делу. Кроме Поля, у нас нет никого, и мы с распростертыми объятиями примем Каратыгина.</p>Итак, до скорого свидания. Кланяюсь всем Вашим. Наши шлют Вам поклоны. Крепко жму Вашу руку.
Сердечно преданный
К. Алексеев
<p>1912 9/XII</p>431*. А. Н. Бенуа<p>19 февраля 1913</p><empty-line></empty-line><p>Дорогой Александр Николаевич!</p>Простите за торопливое письмо. Спасибо за Ваше милое и подробное.<p>1) Bonnet de nuit {ночной колпак <emphasis>(франц.).</emphasis>} – восхитителен. Заказан и будет надеваться там, где Вы указали<sup>1</sup>.</p>2) Не лучше ли сделать какую-то выходную накидку Белине. Ведь между 1-ми 2-м актами (очень короткими) антракта не будет. Успеет ли актриса, кончающая 1-й акт, переодеться к середине 2-го? Ради этого удлинять антракт нежелательно.<p>3) По-моему тоже, оливковый цвет невыгоден для улицы и костюма Сганареля. О том же, что Мольер носил костюм этого цвета, никто не знает. Не есть ли это деталь старинного театра?</p>4) Указания об амурах чудесны и будут исполнены в точности 2.<p>5) Красная переносная занавеска – совсем не complique {сложно <emphasis>(франц.).</emphasis>}!</p>Ею очень увлечен Мордкин 3, и она вырастает очень скоро, легко и красиво. Думаю, что герб, поднимающийся в складку, будет менее импозантен и более труден и дорог, и вот почему. Нельзя сделать декорационным способом, т. е. на грунтованном холсте, который не дает складки. Нельзя делать и из простого холста, так как он после первой пробы так сомнется, что будет жеваный, некрасивый холст. Надо делать из материи, а это дорого и тяжело. Кроме того, на поднимающихся штангах очень трудно прикреплять разные веревочки для сборок и подъемов. От этого штанги качаются.<p>О горшках не очень грущу. Как бы эта шутка не стала на сцене грубовата.</p>
