Вуколу Михайловичу Лаврову. Угол Б. Никитской и Леонтьевского, 2-24, в редакции "Русской мысли".
5 декабря 1894 г. Мелихово.
5 дек.
Лавры Боборыкина не дают мне спать: пишу повесть из московской жизни. Пришлю ее в корректуре Вам и Анне Ивановне. Нового ничего нет.
Публика ждет чего-то особенного, и газеты ее не удовлетворяют; но желания ее крайне неопределенны. Даже слухов определенных нет, а все какая-то бесформица. Русского человека всегда больше интересовала иностранная политика, чем своя русская, и, прислушиваясь к разговорам, видишь теперь, до какой степени наивен и суеверен русский интеллигент и как мало у него знаний. Его нянька в детстве ушибла, его запугали воспитанием, и он боится иметь собственное мнение и так мало верит себе, что если сегодня сделал овацию Ермоловой, то завтра ему уже совестно этой овации.
Но как бы ни было, все ждут и на что-то надеются, и все при встрече улыбаются.
Если Федор Иванович согласится на покупку "Пестр расск " с уступкой 40%, то велите погасить 1004 - долг конторе и, за вычетом типографских расходов, остальные возьмите себе в погашение заграничного долга (1200), после чего я останусь должен лично Вам всего рублей 400-500. Мне же не присылайте, ибо пока я не нуждаюсь. В декабре за повесть я могу взять около тысячи, а этого мне за глаза.
Поздравляю с новым тарифом. Это замечательная реформа.
Выпал наконец снег. Хочется в Москву - пошататься, но некогда, надо писать.
Ради создателя, прикажите выслать в Париж Павловскому мои сочинения. Я уже писал в магазин, но магазин почему-то не внемлет гласу моему, Павловского же бомбандирует письмами какой-то француз-издатель.
Будьте здоровы. Если из Берлина уйдет Шувалов, то останется ли Мальцев? Мысль о ночлежном доме не оставляет меня, и я под старость устрою его, конечно, без помощи Татищева.
Желаю всех благ. Поклон Вашим.
Ваш А. Чехов.
5 декабря 1894 г. Мелихово.
5 дек., Ст. Лопасня Моск.-Курск. д.
Многоуважаемый Иван Яковлевич, я писал уже в магазин "Нового времени", чтобы Вам выслали все мои книги, но глас мой оказался вопиющим в пустыне. Сегодня я написал Суворину и думаю, что он сделает надлежащее распоряжение.
Рекомендую для Лангена следующие рассказы, как наиболее подходящие для французского читателя: 1. "Тина". 2. "Поцелуй". 3. "Дуэль". 4. "Дома". 5. "Страх". 6. "Именины". Предложите ему "Пестрые рассказы". Я затрудняюсь выбирать, потому что большинство моих рассказов кажется мне неподходящими для франц публики.
Как вы живете? Я постараюсь приехать в марте в Париж.
Насчет "Cosmopolitan" я серьезно подумаю и отвечу представителю оного тотчас же по получению от него письма. Можно послать ему "Сахалин", но лучше беллетристику. Благодарю Вас за хлопоты и низко кланяюсь.
Ваш А. Чехов.
11 декабря 1894 г. Мелихово.
11-ХII-4 Ст. Лопасня.
Исполняю Ваше желание: посылаю фотографию работы Асикритова - лучшей у меня нет.
Буду теперь ждать Вашего портрета. Если пошлете его заказным письмом, то адресуйтесь в редакцию "Русской мысли".
Я совершенно здоров. В янв книжке "Русской мысли" будет моя повесть - "Три года". Замысел был один, а вышло что-то другое, довольно вялое и не шелковое, как я хотел, а батистовое. Вы экспрессионистка, Вам не понравится.
Надоело все одно и то же, хочется про чертей писать, про страшных, вулканических женщин, про колдунов - но увы! - требуют благонамеренных повестей и рассказов из жизни Иванов Гаврилычей и их супруг.
Желаю Вам всего хорошего.
Ваш А. Чехов.
11-18 декабря 1894 г. Мелихово.
(Сцены из семейной жизни)
Вот тебе название грядущей повести. Если слово "сцены" не нравится, то просто оставь "из семейной жизни" или просто "рассказ".
Скоро приеду. Будь здрав.
Твой А. Чехов.
12 декабря 1894 г. Мелихово.
Только что составил "сведения" для министерства земледелия, написал почти целую корреспонденцию, а теперь пишу Вам на лиловой бумажке.
Вы спрашиваете в последнем письме: "Что должен желать теперь русский человек?" Вот мой ответ: желать. Ему нужны прежде всего желания, темперамент. Надоело кисляйство.
Итак, с Нового года мы начинаем новый счет. Попросите Вашего бухгалтера, чтобы он понатужился и, несмотря на недосуг, устроил бы так, чтобы с 1-го января не было никаких saldo.* Жду от него почтенного письма, им обещанного.
100 р., оставшиеся после расчета за "Пестрые рассказы" (если не желаете взять в счет 1200 р.), велите прислать в "Русскую мысль" для передачи мне, или же, еще лучше, разрешите получить их в московском магазине.
За сим обещаю Вам о счетах больше не писать.
На днях я соделался крестным папашей. Крестил маленькую княжну Наташу.
Как быстро идет время! Боже мой! Мои товарищи по университету уже статские советники. Один только я дослужился… до кукиша с маслом. Даже коллежским регистратором не был.
