Письма, 1926-1969 полностью

В любом случае решающий фактор – в отличие от ситуации с Гитлером – от нас скрыт: хотят ли русские вскоре развязать войну или нет? Для Кремля это не случайный вопрос, но твердое намерение – в этом нет никаких сомнений. Там все продумано. Еще в дружелюбные времена, во время Женевской «правительственной» конференции², я все время задавался вопросом, это изысканная попытка скрыть факты и тайком продолжать мощное вооружение, обман, цель которого в том, чтобы развязать междоусобные перебранки, или они действительно стремятся к продолжительному сохранению мира, но по возможности хотят укрепить собственное положение и в крайнем случае, в качестве метода подавления, использовать его, чтобы добиться новых преимуществ? Непрерывный процесс вооружения, возможный в первую очередь благодаря эксплуатации крестьян и многочисленным гражданским войскам, – неоспоримый факт. По сравнению с американцами, русские тратят гораздо больше. С такой армией – даже без атомной бомбы – вся Европа в любой момент окажется у них в кармане. Но Монтгомери³ около полугода назад заявил, что атака русских на границе Западной Германии моментально и автоматически приведет к атомной войне. Американцы в своем упорстве полагают, что их техника сможет их уберечь. Но одно всегда остается неизменным: в войне решающую роль играет готовность национальных войск пойти на риск и готовность к самопожертвованию, потому что попытка избежать конфликта – это если и не трусость, то по крайней мере временные уступки успокоению самообмана. Люди, принимающие решения в Вашингтоне и Москве, знают, что такое водородная бомба, в то время как народы склонны об этом забывать, бомба – серьезное препятствие для начала мировой войны. Но последняя воля Москвы по-прежнему не ясна.

Было бы прекрасно, если бы мы могли поговорить с Вами! Мы бы обсудили Венгрию и помолчали. Я бы никогда не подумал, что народ сегодня способен на нечто подобное. Как ужасно просто наблюдать за ними со стороны. Теперь Венгрии могут помочь лишь военные, а это несомненно приведет к мировой войне. Поэтому подобная помощь исключена. Но об этой венгерской борьбе Кант [бы] сказал: «такое не забывается»⁴. У всего есть последствия.

Я крайне доволен политикой, позой, риторикой Израиля. Главнокомандующий Даян⁵ – единственный из всех известных мне генералов, кто одним своим видом вызывает доверие, кажется простым, не милитаристски настроенным и точным, открытым, как политика Израиля. И она справедлива, когда намерение сионистов основать «родную землю в Палестине» было реализовано (хотя раньше этого – еще в 1906-м, в тот вечер, о котором я рассказывал Вам, – совершенно ничто не предвещало) и когда им удалось основать и, пожертвовав собой, сохранить государство, оставленное англичанами в ужасающей нужде, без управления, должного порядка и защиты. С тех пор они создали фундамент действительности, довлеющий над любым законом и провозглашающий закон. Если окружающий арабский мир будет обеспечен оружием, необходимым для подготовки нападения, уничтожения Израиля и истребления всех израильтян, – в таком случае государство обязано что-то предпринять. Нельзя требовать от маленьких государств, чтобы они принимали во внимание риск мировой войны, ведь они не могут стать причиной войны, развязанной против их воли, но лишь ее оправданием. То, что случилось с Израилем, не говоря о политике, – симптом и символ самоутверждения западного мира. То, что Гитлер сделал с евреями, – в некотором смысле то, что должно было произойти со всеми немцами (Вы блестяще это показали). Все, что по отношению к евреям допустили западные европейцы, настигнет их самих. Связь очевидна.

Совершенно непонятно, что будет теперь! Прямо сейчас в западном мире есть устремленность к истине, желание приносить – хоть и незначительные – жертвы, все европейские государства высказали готовность принять десятки тысяч венгров. По поводу Израиля, к сожалению, нет никаких однозначных суждений. Встречаются даже те – извечный антисемитизм, затмевающий истинную картину мира, – кто возмущенно обвиняет Израиль во всех нынешних бедах. Следует беспокоиться об Израиле, как моя жена. Продолжается великая борьба за право на существование, борьба за жизнь, теперь она приобретает великие масштабы и становится осмысленной. Арабы массово принудительно покидают принадлежащие Иордании регионы к западу от реки – как это было в 1948-м⁶. Но, несмотря на это, Израиль не занимает территорию и не оккупирует Иерусалим. Такое самообладание редко встречается и на Западе. Как израильтяне вели войну в сравнении с жалкой медлительностью англичан и французов⁷, которые, будь они столь же энергичны и дисциплинированы, как израильтяне, никогда бы не допустили подобного. Через несколько дней захват целого канала должен был завершиться, как и было обещано в первый день. Но теперь кампания почти провалилась. В любом случае в ходе переговоров израильтяне, благодаря своему воинственному поведению и рассудительности, смогут заявить миру свои уверенные и точные притязания.