Письма, 1926-1969 полностью

Я до сих пор не ответила ничего на Ваши письма о процессе Эйхмана. Вероятно, Вам известно, что заседание в очередной раз было перенесено – на 15 марта. И пару недель назад в прессе распространилась новость, что все снова сдвигается на май. Это было бы восхитительно, но официального подтверждения пока нет. Потому что в таком случае я смогла бы заехать в Базель до начала процесса. Для меня это было бы очень важно, не просто беседовать с Вами post festum, потому что многое мне до сих пор непонятно. Моя пиратская теория не подтвердилась. В определении «пиратства» как с фактической, так и с юридической точки зрения крайне существенно, чтобы пират действовал, руководствуясь личными побуждениями. В этом вся загвоздка! В процессе без определения hostis humani generis – которое всегда переводят как «преступление против человечества», но не «человечности», – обойтись невозможно. Решающее значение имеет то, что хоть речь и идет о преступлении против евреев, но дело не только в евреях или еврейском вопросе.

Я полагаю, мы придерживаемся одинаковых взглядов на проблему, но как верно изложить их политически и юридически? Мы не согласны друг с другом, полагаю, в том, что касается государства Израиль, которое было основано по необходимости, но возникло не только из-за этой необходимости. Это связано с целым рядом проблем, касающихся так называемого еврейского вопроса, наши взгляды на который так часто не совпадают. Мне кажется, здесь они не играют серьезной роли. Куда больше меня беспокоит дело Лавона⁸, которое в своей структуре повторяет дело Дрейфуса⁹: все действия клики приписывают тому, кто не имеет к клике никакого отношения, чтобы скрыть собственные методы. Конечно, израильтяне руководствовались так называемым идеализмом, а французский генеральный штаб, который продал все без исключения немецкие документы (в том числе и поддельные, потому что запас настоящих тайн был исчерпан), – чистейшим корыстолюбием. Процесс демонстрирует, как прогнило это государство и какой опасный «идеалист» на самом деле этот Гурион, который в сущности несет ответственность за всю историю. Вы можете сказать, это не имеет отношения к делу Эйхмана. Я не уверена: потому что дело Лавона повлияло на атмосферу в целом государстве. И начинать в такой атмосфере процесс…

Так что, возможно, мне повезет, и я смогу приехать прежде, чем полечу в Израиль. Я ни в коем случае не буду там писать. У меня удивительные условия, могу писать так мало – или так много – как захочу, и что самое главное: могу сдать текст, когда буду готова. Я вела продолжительные переговоры с шеф-редактором журнала¹⁰, которые действительно были весьма обнадеживающими. Удивительно рассудительный и щедрый человек. Я собираюсь отсюда отправиться напрямую в Израиль (два дня проведя в Нью-Йорке), а в конце апреля или начале мая вернуться в Нью-Йорк через Базель, работать там и затем в июле вернуться в Европу с Генрихом.

Всего самого лучшего вам обоим! Как дела у Эрны?

Ваша

Ханна

1. Рецензия вышла под заголовком «Судьба не слепа», Fate is not Blind // Time, vol. 77, 27 January 1961, p. 77.

2. New York Times Book Review, 29.01.1961, p. 6.

3. Ганс Моргентау (1904–1980) – немецко-американский политолог.

4. Saturday Review, 18.02.1961, p. 18.

5. Роберт Т. С. Лауэлл (1917–1977) – американский поэт и драматург.

6. Пауль А. Шилпп, см. п. 113, прим. 2.

7. Иоанн Безземельный (1167–1216) – с 1199 по 1216 г. король Англии, был прозван Безземельным, потому что в результате ряда неудачных военных походов и конфликта с папой Иннокентием III потерял почти все свои территории.

8. Пинхас Лавон (1904–1976) – израильский политик, с 1950 по 1955 г. член правления на различных министерских должностях. Был вынужден покинуть министерский пост в 1955 г. в результате действий секретных служб, чьи мотивы так и не были выяснены.

9. Альфред Дрейфус (1859–1935) – французский офицер Генерального штаба, с 1894 по 1906 г. фигурант «дела Дрейфуса»: в 1894 г. предстал перед военным судом в Париже в связи с передачей секретных документов Германии и был приговорен к пожизненной ссылке. Доказательства по делу были сфальсифицированы. Споры, охватившие всю страну, прежде всего под влиянием открытого письма Эмиля Золя («Я обвиняю»), привели к повторному рассмотрению дела, закончившегося полным оправданием и реабилитацией Дрейфуса. Дрейфус, первый член французского Генерального штаба еврейского происхождения, ставший жертвой серьезных антисемитских настроений во Франции.

10. Речь идет о еженедельнике The New Yorker и его главном редакторе Уильяме Шоне.

Дорогая Ханна!

С самого начала мы были согласны в главном: дело Эйхмана касается всего человечества и не должно ограничиваться лишь Израилем. Вопрос только в том, в какой политической и юридической форме его можно решить. И ни у одного из нас нет на него ответа.